Читаем Солнцевы сыны полностью

Он посмотрел на девушку рядом с собой. Ему вдруг представилось, что это его сестра, которой у него никогда не было. Но он был уверен, что сложись в его жизни все по-другому, то у него наверняка была бы именно такая сестра. Деяну показалось, что этот момент, когда они сидят вместе и непринужденно беседуют, может никогда не повториться, а даже если повторится… Как там говорят? “В одну реку дважды войти нельзя”. Так и здесь, поэтому он постарался хорошенько запомнить ее лицо, тот облик, что она ныне представляла. До чего же она была красива. Может она и не была идеалом, но мальчику казалось, что идеал или не достижим, или вовсе не так красив, на самом деле. Ведь вся прелесть в мелочах, которые нас отличают друг от друга. У Яснотки, например, был высокий строгий лоб, тонкие брови, большие изумрудные глаза, совсем чуть-чуть расставленные шире, чем нужно, что делало их визуально еще больше. Аккуратный прямой носик, с округлым кончиком и такой же изящный рот, окаймленный тонкой губкой сверху и пухлой снизу. Подбородок ее был словно выточен из камня каким-нибудь искусным мастером, то же относилось и к скулам, выступающим над румяными щеками. Яснотка будто не замечала, что мальчик ее пристально изучает, и продолжала ерошить его волосы.

– А, что, – он прокашлялся, – не холодно тебе в одной сорочке?

– Жарко. Все сестры уже нагие ходят. Мне по меньшинству еще так положено, – она посмотрела на Деяна со смехом, – Ну чего ты рот открыл? У вас, мужиков, одно на уме.

– Нет, я… Странно просто.

– Что странно?

– Все, – Деян взял веточку и пошурудил ею в листве, – Мне думалось мир вот он, – он изобразил руками соответствующий жест, – а оказалось вон оно как.

Русалка звонко рассмеялась.

– Милый Деянчик, ты не знаешь и сотой, да что там – тысячной доли того, что творится кругом. Не считая того, что вовсе не подвластно твоим глазам или твоему людскому уму. Даже я не знаю всего.

– Так научи меня!

– Что за глупость? – русалка смешалась, – Я не могу… Мы не занимаемся таким. То есть… Я не знаю. Это все так сложно. С чего ты вообще взял такое? – обеспокоенно пробормотала она и посмотрела на мальчика, – Ты еще так юн.

– Слыхал уже, – угрюмо буркнул Деян, – что с того, что юн. Разве ж я дурак? И потом, учи тому, что я пойму. Найдется же такое? – он испытующе заглянул ей в глаза.

Яснотка напряженно о чем-то размышляла некоторое время, затем произнесла:

– Ты уверен, что тебе это нужно? Просто это так странно для простого человека. Живи себе спокойно в своем мире и не лезь за его пределы. Так, мне кажется, ты должен рассуждать.

– Знаю, – грустно отвечал Деян через время, – просто не пойму я людей, которые живут так. Мы ведь словно цыплята под ушатом. Завтра случись что, а мы даже ответить не сможем – так слабы. И мне от этого неспокойно как-то. В мире столько всего неизведанного, и вот эта бездна неизведанная пугает меня, – он поглядел Яснотке в глаза, – А я не хочу бояться, – он замер, – Ты… Понимаешь меня?

Русалка посмотрела на него задумчиво и несколько встревоженно, но в ее глазах уже читался ответ.

– Деян, нельзя научить бесстрашию. Но, пожалуй, научиться не тонуть в той бездне, о которой ты говоришь – можно, – она снова задумалась и добавила, – Нужно поговорить с сестрами. Если они одобрят, то быть по сему. Правда, мнится мне, что ничего из этого не выйдет. Они людей не жалуют, они… – русалка вдруг резко оборвалась, вскочила и оскалилась. Ее ногти вновь стали расти до неприличных размеров.

Через несколько мгновений Деян понял, что послужило тому виной. В зарослях, ведущих к лагерю мелькнула тень. Человек с луком показался в нескольких саженях от того дерева, под которым сидел Деян со своей подругой. Мальчик тут же кинулся к Яснотке, вцепился руками в ее сорочку и умоляюще прошептал:

– Уходи пожалуйста, не нужно драться.

Русалка перевела взгляд на Деяна и ее лицо смягчилось. Она кивнула ему головой и зашла за дерево. Глеб, тем временем, подошел совсем близко. Если бы не тьма, то неизвестно, как бы все это развернулось. Он резко дернул лук вправо и выругался:

– Чтоб тебя, Деян! Я едва не выстрелил! Какого хрена ты здесь забыл?

– Я… По нужде ходил, – пролепетал мальчик.

– Да? Неужто? – Глеб осматривал местность и явно что-то искал, – А зачем ты так далеко зашел? Я разве не сказал тебе караулить лагерь? – он осмотрел и то дерево, за которым скрылась русалка, но, естественно, ничего не обнаружил. Насупившись сильнее прежнего, мужчина снова подошел к Деяну и заглянул тому в глаза.

– С кем ты разговаривал?

– Я?

– Нет, я! Не строй из себя дурака, Деян. Я точно слышал голос.

– Да, это был мой голос, – спохватился Деян.

– Ну, так, – напряженно процедил Глеб, – С кем же ты говорил?

– Я ни с кем не говорил, я молился.

– Неужто? Вот так, ни с того ни с сего решил помолиться? – насмешливо переспросил Глеб.

– Да.

– То есть, когда мы все молимся перед охотой, ты где-нибудь шляешься. А сейчас сходил по нужде, и бубнишь так, что в лагере слышно. Интересно.

– Перед охотой мне не страшно, а сейчас я был напуган, вот и заговорил вслух.

– И что за молитва? – все настаивал Глеб.

– Перуну.