Читаем Солнце полностью

Совет, включая Вэша, решил, что это какая-то кармическая штука, что нам с Джейденом суждено провести время вместе, что они не могут вмешиваться, и нельзя допускать, чтобы Ревик вмешался. Они решили, что в вопросах моих отношений с человеческим населением они будут вмешиваться по минимуму, вне зависимости от того, кто бы это ни был, и какой бы ни была природа этих отношений.

Иными словами, они не помогли бы мне, и неважно, каким бы мудаком, куском дерьма и насильником ни был мой бывший бойфренд.

И Ревик согласился с этим.

Он, бл*дь, согласился с этим.

Он вернулся в Англию и топил печали в кисках и алкоголе.

— Ну, хотя бы теперь я знаю, почему ты всегда ненавидел Джейдена, — рявкнула я. — Хорошо, должно быть, было испытывать такой праведный гнев. Иметь это против нас обоих.

Ревик не ответил.

Он ничего не сказал, и от этого я лишь сильнее захотела ударить его.

Он отказывался оправдываться, хотя он мог бы кое-что сказать и отстранить себя от случившегося. Я видела его воспоминания о том периоде, в том числе и ту часть, где Вэш и Совет угрожали полностью отстранить его от обязанностей по моей охране, если он ещё раз приблизится к Джейдену и тем более навредит ему.

Я знала, что его принудили принять плохое решение.

Как бы он ни поступил, я бы всё равно оказалась с Джейденом, и из моей памяти стёрли бы все грехи Джейдена… во второй раз. Единственная разница заключалась бы в том, что Ревик перестал бы меня охранять. Его заменили бы кем-то другим.

Может, Балидором. Может, даже Даледжемом.

Ревик вздрогнул, отвернувшись.

— Элли. Не надо.

Я прикусила губу, осознав, что намеренно громко подумала об этом.

Но я не могла почувствовать вину за это, хоть это и было несправедливо.

Я знала, что Ревик ничего не мог поделать.

Я это знала.

Мне просто было всё равно.

Прикусив язык, я с силой ударила его по груди. Я лишь хлопнула раскрытой ладонью, но в жест было вложено достаточно злости, чтобы он вздрогнул, рефлекторно подняв руки.

Я не позволила себе ещё раз ударить его.

Перекатившись на бок так, чтобы лежать к нему спиной, я уставилась на свет, пробивавшийся из-под двери в ванную — свет, который я попросила оставить включённым, чтобы темнота была не абсолютной, и я его видела. Глядя на этот свет, я старалась дышать, как-то выпустить эти чувства, двинуться дальше или хотя бы решить, что с ними сделать.

Его чувства всё ещё плавали в моём свете вместе с болью из-за того, что мы трахались в Барьере, а также из-за всего, что он показал мне в предыдущие часы.

Мне казалось, будто я задыхаюсь от этого.

Через несколько секунд тёплая ладонь стала гладить меня по спине, посылать свет через мою кожу, кровь, позвоночник… посылая искру любви в моё сердце.

Часть меня хотела повернуться и оттолкнуть руку.

Но я этого не сделала.

Я не шевелилась. Я даже не повернула голову, чтобы посмотреть на него.

Вместо этого я лежала там молча и чувствовала, как слёзы катятся по щекам.

Я не плакала так, чтобы он услышал. Я пока что не хотела делиться этим с ним — и может, никогда не захочу. Я просто знала, что он не мой. Он не мой, бл*дь.

Он отказался от меня. Он послушался Вэша, Совета, бл*дского Торека, его «друга» в Англии, которому мне тоже хотелось врезать по лицу, хоть я и знала, что он сейчас в Америке, помогает Деклану выслеживать Чандрэ… хоть мне и всегда нравился Торек.

Ревик послушался их всех, но не прислушался к своему сердцу или к моему.

Он бросил меня там.

Бл*дь, он бросил меня там с Джейденом и уехал в Лондон.

Должно быть, Ревик слышал часть моих мыслей, но ничего не говорил. Он не отодвигался, а продолжал поглаживать мою спину, пальцами другой руки ласково убирая волосы с моей шеи, массируя затылок.

Я всё равно не поворачивалась.

Я не шевелилась, пока его пальцы нежно разминали мышцы и кожу, напитывали теплом каждый кусочек меня, что я уступала ему.

Я лишь смотрела на свет, пробивавшийся в щель под дверью ванной, и старалась не закричать.

— Вставай, — грубо сказал голос.

Поначалу я не пошевелилась. Я даже не открыла глаза.

Рука обвила мою талию, подняв с матраса и грубо вырвав из состояния бессознательности. Я ахнула, открыв глаза, и меня ослепило потолочное освещение, которое уже включил какой-то садист.

Я вполне догадывалась, кем был этот садист.

Однако я ещё не дошла до того, чтобы переживать по этому поводу.

Я была ещё на том этапе, когда мне хотелось зарыться обратно под одеяло. Мой свет и тело визжали, что ещё слишком рано.

Бл*дь, слишком рано, чтобы вставать.

Я ощущала в своём организме вино, нехватку сна, опухшие глаза, боль разделения от того, что мой муж-кусок-дерьма пытался трахнуть меня в наших снах…

— Мне плевать, — сказал он ещё грубее, чем раньше. — Поднимай свою задницу, Элисон. Немедленно. Иначе я сам тебя вынесу.

На сей раз я повернулась и частично перекатилась на бок.

Щурясь от света, я посмотрела на него, одной ладонью прикрывая глаза.