Читаем Солнце полностью

— Рычаг давления, — она подняла взгляд, снова посмотрев в эти красные как раскалённые угли глаза. — Ты надеешься использовать меня как рычаг давления. Против кого? Людей Моста? Они единственные из знакомых мне, кто пытается защитить тех людей в Списке.

Подумав и всматриваясь в глаза видящей, она презрительно фыркнула.

— Я права, не так ли? Ты хочешь использовать меня, чтобы заключить какую-то сделку. С чего бы, чёрт возьми, им слушать тебя после того, как ты убила их священного лидера и её супруга?

Чандрэ нахмурилась.

На мгновение отвернувшись от огня, она пошарила в большой сумке, которую несла в тот день, и достала два диска из органического металла. Брукс наблюдала, как она надавила на дно каждого по очереди и превратила их в миски.

Убрав горшок с камня в костре, она стала раскладывать чили по двум мискам, деля на примерно равные порции.

Миски стояли на двух камнях, которыми Чандрэ обозначила границы костра, и затем видящая грациозно поднялась на ноги. Она обошла огонь, и Брукс инстинктивно отпрянула.

Видящая это проигнорировала, присев возле неё точно так же, как в прошлый раз, когда она приковала её запястья к лодыжкам. Достав цепочку из-под своей рубашки, она обнажила узкий, ничем не помеченный цилиндр, который болтался на конце, и потянулась к оковам Брукс.

Вставив цилиндр в отверстие, которое Брукс едва видела, она повернула его.

Оковы на её лодыжках раскрылись.

Мгновение спустя оковы на её запястьях также открылись.

— Столовых приборов нет, — буркнула видящая. — Тебе придётся есть руками.

Брукс потирала свои запястья, лишившись дара речи от удивления, а видящая снова грациозно поднялась и обошла костер в обратном направлении. Взяв одну миску с чили, она вернулась ровно настолько, чтобы передать её Брукс.

Брукс её взяла, всё ещё настороженно наблюдая за собеседницей, но Чандрэ не задержалась, чтобы оценить её реакцию. Прошагав к другой стороне костра, она села, скрестив ноги, и взяла свою миску.

Не дожидаясь ничего, она принялась пальцами загребать чили себе в рот. Миска была горячей, и пальцам Брукс было даже больно её держать, но видящая не колебалась, а просто продолжала есть.

Брукс нерешительно последовала её примеру.

Первая проба обжигала — и из-за горячей температуры, и из-за острых специй. Однако как только первый кусочек мяса растаял у неё во рту, она жадно загребла пальцами ещё немножко.

Примерно через минуту она ела так же рьяно, как и видящая.

Еда закончилась слишком быстро.

И всё же желудок Брукс был даже слишком набитым к тому времени, когда она доела.

Её организм поглощал еду так быстро, что она уже чувствовала сонливость, когда опустила миску. Ещё несколько минут она пыталась по возможности привести руки в порядок с помощью куска ткани, которым она ранее вытирала пот днём.

Ей потребовалось какое-то время, чтобы стереть масло чили с рук, и её пальцы стали ощущаться относительно сухими.

Она сонно смотрела на огонь, когда видящая поднялась во второй раз, обошла костёр и протянула ей высокий цилиндрический стакан.

Внутри оказался тот напиток с запахом сидра.

— Спасибо, — сказала Брукс.

Она слышала в своём голосе настоящую благодарность.

Видящая бросила на неё ошарашенный взгляд, но не прокомментировала.

Вернувшись на свою сторону костра, она опустилась в позу со скрещенными ногами и взяла свой стакан.

Воцарилось очередное молчание, пока они обе потягивали свои напитки и смотрели в огонь.

Затем, слегка прищёлкнув языком, видящая подняла взгляд. Посмотрев в глаза Брукс, она наклонила ладонь в воздухе, как птица в полёте.

Значение этого жеста Брукс не знала.

— Высока вероятность, что они меня не послушают, кузина, — сказала она, продолжая их разговор до ужина, словно перерыва и не было. Тёмно-красные глаза видящей скользнули выше, глядя на Брукс. — Скорее всего, они не станут слушать. Но ты — это всё, что у меня есть, кузина. Я должна попытаться.

— Зачем? — Брукс уставилась на неё, испытывая странное раздражение. — Зачем вообще говорить с ними? Почему нельзя просто сбежать? Оставить меня где-нибудь, где они наверняка меня найдут?

Последовало очередное молчание.

Затем видящая вздохнула, убирая косички с лица.

— Я должна попытаться, — повторила она.

Помедлив, она описала рукой грациозную волну и смягчила свой голос.

— У меня нет иллюзий, что твоя жизнь сохранит мою жизнь. Но это может дать мне аудиенцию. С Адипаном. Возможно, даже с Советом. Возможно, меня выслушают… перед тем, как я буду убита.

— Перед тем, как ты будешь убита, — с неверием повторила Брукс.

— Да, — видящая посмотрела ей в глаза, и её тёмные радужки оставались неподвижными. — Я не боюсь смерти.

— Ты не боишься смерти, но желаешь получить отпущение грехов? — Брукс не сдержала нотку насмешки, просочившуюся в её голос. — Или ты просто хочешь получить трибуну, чтобы высказать свою идеологию и мотивы всем, кто захочет послушать?

Те глаза цвета красных углей сделались холодными.

— Как я и говорила, — сказала видящая. — Ты не поймёшь.

Брукс фыркнула.