Читаем Солнечный дождь полностью

– Фу-фу! – шипели капёнки, толкая других таких же капёнок. – Освободите нам место немедленно, а то в лоб дадим, в лоб дадим!

Капёнки Фуфу были похожи на маленькие серые бесформенные шарики. Их черные кнопочки – глазки недовольно зыркали притулившись на переносице длинного крючковатого носа, а тонкие синии губки вытянулись в злую ниточку.

– Эй ты, грустная сопля! – крикнула капёнка Фуфу капёнке грусти Охах. – Так ей, так! – подбадривала капёнку Фуфу капёнка подлости Нея.

На Облаке набухала крупная драка.

* * *

Фёдор молча развязал котёнка, снял с него консервные банки и пошёл домой. Котёнок, задрав хвост, побежал восвояси.

У входа в подъезд девочка догнала Фёдора:

– Мила, – протянула она мальчишке маленькую ручку. – Меня зовут Мила. Пойдём ко мне пить чай, бабушка напекла пирогов.

– С чем пирогов? – всхлипнул Фёдор

– С черникой! Любишь с черникой? – Мила решительно взяла мальчика за руку.

– Я никогда не ел, – сказал Фёдор, свободной рукой утирая слёзы. – Маме печь некогда, она всё время на работе, а я не умею.

– Моя мама тоже всё время на работе, – затараторила Мила. – Мы с бабушкой живём. Пошли. У меня много хороших книг и игр.

– Бабушка не заругает? Ведь я хулиган! – взъерошился Фёдор

– Не заругает! – продолжала тянуть мальчика за руку Мила. – Даже обрадуется! Она любит, когда ко мне приходят друзья.

Весь день Мила и Фёдор провели вместе: они играли, ели бабушкины пироги, опять играли, читали, и снова ели бабушкины пироги. Вечером, провожая Фёдора домой, Мила спросила:

– Завтра придёшь?

– Если я вам не надоел, то приду, – сказал Фёдор и затаил дыхание: ему очень хотелось прийти снова!

– Приходи! Приходи! – крикнула из кухни бабушка – Пирогов осталось много. Съедите эти – напеку ещё.

* * *

– Всё! – громко чихнуло Облако.

Оно схватило капёнок Фуфу за ушки и сунуло их в таз со стиральным порошком, туда же затолкала упирающихся капёнок подлости Нея, страха Ойма, капёнок безобразия Айяяй.

– Терпение моё лопнуло! От вашей злости, я даже расчихалось! Буду вас стирать!

Затем оно с усердием тёрло их щётками, выжимало, полоскало и опять выжимало, а когда стряхнуло и повесило, то все увидели прозрачные улыбающиеся капёночки с глазками – вишенками, щёчками – яблочками, курносые и милые.

– Теперь вас зовут не Фуфу, а Уфуф, – удовлетворённо сказало Облако. – Завтра утром упадёте солнечным дождём на тёплую землю, наполните пузырчатой водой лужицы – пусть малые детишки пошлёпают голыми пятками, попускают кораблики, порадуются. Поняли меня, проказницы?!

– Поняли! – дружно закивали отмытые капёнки.

* * *

Выйдя из квартиры Милы во двор дома, Фёдор увидел утреннего котёнка, того, из-за которого получил от Милы удар в лоб. Котёнок вовсе не боялся его, а наоборот, подбежал и потёрся мордочкой об ногу, заурчал. Фёдор взял малыша на руки, рассмотрел: котёнок был совсем маленьким, с ободранным ухом, слезящимся красными глазками:

– Я не видел, что ты болен, – сказал Фёдор, открывая своим ключом дверь их с мамой квартиры. – Сейчас посмотрим, чем тебя накормить….

Но смотреть не пришлось, мама была уже дома. Ура! Она вышла сыну навстречу.

– Мама, можно я оставлю его себе? – нерешительно спросил Фёдор. – Ему жить негде, у него мамы нет!

– Это кошка или кот? – спросила мама

– Кот!!! – радостно закричал Фёдор.

– Тогда, мужики, идите ужинать, всё готово, – мама пошла в кухню, на ходу утирая слёзы радости:

– Кажется, оттаяло сердце у моего Федьки, кажется, просветлела душа….

* * *

– Вот мы и родились! – звонко засмеялись капёнки радости Ииих. Они появились из маминых слёз и сразу же, обгоняя друг друга, побежали на Облако.