Читаем Солдатская доблесть полностью

Воевал в составе войск Волховского, Первого Белорусского фронтов. За боевые подвиги в борьбе с гитлеровскими захватчиками награжден тремя орденами Славы, медалью «За отвагу», другими медалями, значком «Отличник Красной Армии».

В 1944 году комсомол передал его в ряды ленинской партии. После демобилизации из Армии (в июне 1946 года) работал в городе Фергане, в «Узторгмонтаже».

В Фергане на городском кладбище есть могила. Внешне она ничем не примечательна: нет на ней большого обелиска гранитных плит, нет росписей с позолотой, нет стихотворных изречений. И, тем не менее, эта могила — объект настоящего паломничества. Часто, очень часто сюда приходят люди и с шапкой в руке или с платком, откинутым на плечи, скорбным молчанием отдают почести умершему.

Пионеры приносят сюда букеты живых цветов. Кладбищенскому сторожу никто наказа не давал и просьб не высказывал, а могилу эту он содержит в самом наиобразцовейшем порядке. Он и пригласил меня посмотреть место захоронения полного кавалера «Георгия».

— Какого «Георгия»? — спросил я.

— Здесь лежит солдат-герой, по-старому — полный кавалер «Георгия», а по-сегодняшнему — полный кавалер Славы. Заика Александр Михайлович здесь лежит…

Приглушенным старческим голосом вел он рассказ:

— …В первую мировую воевал. Знаете, что такое «Георгий»! Самый что ни на есть бесстрашный, удалой солдат. В атаке — он впереди, на помощь солдату всегда придет. Захочешь — на бруствере окопа перед глазами противника «барыню» станцует. Вот кто такой «Георгий»! Это в то время. А сейчас, в эту войну, оно, конечно, труднее стать Кавалером. А вот Саша стал! Видно, был солдат — отчаянная голова! И после смерти человек уважения не потерял. Знать, правда, что герои не умирают…

Первое боевое крещение Саша Заика получил в 28 кавалерийском полку. Этот полк в жизни солдата занимает особую страницу. В его составе он громил гитлеровцев под Калинином, Смоленском, освобождал Белоруссию, Польшу. За героизм в бою на линии Витебск — Полоцк получил первую боевую награду — медаль «За отвагу». И в этом же полку Александр Михайлович Заика стал полным кавалером ордена Славы.

…Дороги заминированы, каждый их метр простреливается. А машинам, танкам под Волховом не свернуть с дороги. Болота. Только конникам да лыжникам не страшна чуть тронутая морозом, присыпанная снегом трясина.

Вот и сегодня, в морозную ветреную ночь, когда темнота камнем упала на землю, полк выступил на выполнение боевой задачи: выйти в тыл гитлеровцам, рейдом по тылам уничтожить резервы, нарушить управление, оказать помощь партизанам, посеять панику в тыловых частях фрицев, тем самым обеспечить успешное наступление наших частей на Тихвин.

Задача не из легких! А легких задач бойцам и не нужно! Стремление у всех одно — бить гитлеровцев, защитить Ленинград, уничтожить оккупантов!

Комсомолец Заика возглавлял пулеметный расчет «максима». Зимой в тылу врага лыжи, «максим», автомат, граната, нож — верные помощники бойца. Им и предоставлялось всегда «первое слово» при выполнении боевого задания.

Ночь выдалась прескверная — мороз, пурга, рыхлый снег, в котором тонут кони. Но идти надо!

Все и все «встали» на лыжи: бойцы, пушки, минометы, пулеметы… По бездорожью, по снежной целине, обходя укрепленные пункты противника, этой же вьюжной ночью полк вышел в тыл врага. Тактика действия — скрытность, быстрота, внезапность. Мелкие отряды автоматчиков врывались ночью в занятые немцами деревни, уничтожали захватчиков, а перед рассветом уходили в леса, чтобы избежать ударов авиации и артиллерии противника. Но бывало, что рейдовики «оседлывали» дорогу и удерживали ее сутки, двое, не давая гитлеровцам маневрировать резервами.

В начале декабря дивизиону, в котором воевал пулеметчик Заика, была поставлена задача занять населенный пункт и удерживать его во что бы то ни стало.

Дивизион был рассредоточен в лесу. Командир принял решение поначалу обстоятельно разведать линию обороны противника. Деревня расположилась у шоссе, на крутом берегу небольшой речушки, вода в которой и в двадцатиградусный мороз не замерзла: видно, где-то бил ключ. В разведку пошли две группы. Одну из них возглавлял помощник командира взвода Заика, вторую — командир отделения Рощупкин.