Читаем Соль и шторм полностью

Я потянулась к нему, но он не двинулся с места – просто продолжал смотреть на меня так, словно мы чужие. Я убрала руку и крепко прижала к своей груди, стараясь сдержать мучительный стон. Я никогда не видела его таким. И вообще, он был сам на себя не похож. Неужели проклятье действует? Неужели он причинит мне боль, разобьет сердце?

– Как ты могла меня бросить? – упрекнул он, и внутри меня все сжалось.

– Тэйн, прости, – прошептала я еле слышно. – Я собиралась вернуться. Мне просто нужно было повидаться с бабушкой. Тэйн, она… умерла.

Его брови удивленно взметнулись, но через миг лицо вновь стало равнодушным.

– Больше нет ведьмы Роу. Магия моей семьи… исчезла.

Тэйн посмотрел в окно. Уже совсем стемнело, лишь несколько огней ночного города светилось вдалеке.

– Весь день парни жаловались, что их амулеты не работают, – произнес он. – А кто-то предположил, что это, возможно, из-за смерти ведьмы.

Он повернулся ко мне, такой же неприступный, но затем черты его дрогнули, и холодность растаяла, словно лед. Теперь его лицо выражало беспомощность и муку.

– Эвери, я думал, ты умерла.

Так он просто переживал за меня! Как только я поняла, что ошибалась и Тэйн по-прежнему меня любит, мне стало так легко, словно гора свалилась с плеч! Со смехом я прильнула к нему и нежно обняла.

– Ты бросила меня, – повторил он, уткнувшись лицом в мои волосы. – А обещала, что останешься. Я проснулся, а тебя нет…

Он отстранил меня, взяв за плечи, заглянул в глаза, и я поняла, как ему было больно.

– Не делай так больше.

– Да все со мной нормально, – сказала я, но Тэйн покачал головой.

– Эвери, ты в опасности, – прошептал он. – Только подумай, что произойдет, когда все на острове поймут, что магия больше не работает? Они захотят, чтобы ты сделала для них новые заклинания, а ты не сможешь, сама знаешь. И тогда они разозлятся. Обвинят во всем тебя!

Он крепко меня обнял.

– Ты сможешь им помочь? Может, хоть что-то сумеешь сделать? А твоя мать, она на что-нибудь способна?

У меня вырвался горький смешок.

– Если бы она хотела вернуться к магии и помогать острову, она бы давно это сделала. Единственное, чего она всегда добивалась, – положить конец нашему роду, чтобы не осталось ни одной ведьмы Роу. Так что она будет только счастлива узнать, что магия больше не работает, – нисколько в этом не сомневаюсь.

– Но если островитяне обвинят тебя, неужели она не попытается помочь?

Я перевела дыхание.

– Не думаю, что она захочет иметь со мной дело. Мы… повздорили. Вряд ли я вообще ее увижу когда-нибудь.

– Но она ведь хотела увезти тебя отсюда?

– Теперь сомневаюсь.

Тэйн с силой стиснул мои руки.

– Она не может тебя увезти, но и здесь оставаться небезопасно. Ты должна поехать со мной!

– Тэйн, – я качнула головой. – Мне теперь повсюду грозит беда. Ты же помнишь: меня скоро убьют.

Он улыбнулся, провел рукой по моей щеке, заправил прядь волос за ухо.

– А может, и нет, – промолвил тихо. – У меня был еще один сон.

– Сон?

Он кивнул.

– Я уверен, он означает что-то важное. У меня никогда не возникало такого ощущения, даже тогда, когда снилась семья. Но в этом видении наверняка есть ответ, я знаю, я это чувствую. И… думаю, он касается тебя.

Я отступила в изумлении.

– Расскажи!

Он перевел дух и начал:

– Я вернулся на свой остров. Была ночь. Две птицы подлетели и уселись мне на плечи. Я их узнал – они принадлежали моей младшей сестры.

И тотчас закружился, потянул за собой легкий вихрь магии. Я почувствовала, как у меня закололо кончики пальцев. Все внутри перевернулось, но я постаралась казаться спокойной.

– Я шел вдоль пляжа, птицы сидели у меня на плечах, – продолжал Тэйн. – Вдруг на моем пути возникла какая-то тень. Она становилась все больше и больше, пока не превратилась в человека с ножом в руке. Он напал на меня, я увернулся, и его нож вонзился в одну из птиц. Она издала крик и замертво упала на землю. Человек бросился прочь, я – за ним. Та птица, что осталась на плече, напевала мне в ухо. Он внезапно остановился, обернулся и снова напал. Но я не двигался и позволил ударить себя ножом. Последнее, что я видел: птица взлетела и стала клевать его лицо. Человек снова превратился в тень и пропал. А затем я проснулся.

Я стиснула зубы до скрипа, сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, пытаясь скрыть потрясение. Невероятно, невозможно! Я никогда не сталкивалась с тем, что таилось в его сне.

– Ну? – поинтересовался Тэйн.

– Расскажи еще раз, – попросила я, и он повторил почти слово в слово.

Все та же странная, невероятная картина… В замешательстве я прикусила губу. Грудь сдавила ледяная рука – не продохнуть. Сразу вспомнилась наша первая встреча с Тэйном, когда я предложила вернуть ему доллар: «Плохой сон. Если не хочешь, можешь не слушать и забрать свои деньги».

– Эвери?

Он даже не подозревал, насколько все ужасно.

– Эвери, что там?

Я вдохнула полной грудью и, глядя в его родное, любимое лицо, соврала:

– Ничего. Ничего особенного.

– Ничего?

На миг он опешил, но затем покачал головой:

– Я… я тебе не верю. Я знаю, сон что-то означает. Он ведь о тебе?

Я крепко сжала губы и ничего не ответила.