Читаем Соколы полностью

Впрочем, я оговорился: первенство этой шумихи принадлежит не Черномырдину, он лишь позаимствовал ее у сионистских кругов, у своего министра Козырева и затем поднял на государственную высоту, воспользовавшись визитом в Москву премьера Израиля Рабина. Израильский коллега Черномырдина пожаловался Виктору Степановичу — а они всегда и везде жалуются, — что вот, мол, в России обнаружен антисемитизм. (Какой ужас! Этим испытанным веками тавром сионисты метят нелояльных к себе людей во всех странах мира.) И Черномырдин успокоил своего коллегу: мол, мы знаем и уже принимаем меры— мое правительство разработало целую программу по борьбе с антисемитизмом. Перед тем Виктор Степанович не потрудился поинтересоваться, а есть ли в самом деле в России антисемитизм? Коль друг Рабин сказал об этом, значит, так оно и есть. Но, очевидно, кто-то из сведущих советников премьера напомнил, что подобная программа уже была в 20-е годы: со стряпанная Бухариным директива о борьбе с антисемитизмом. Исполнение ее стоило жизни многим русским патриотам из числа интеллигенции и служителей церкви, которые роптали тогда о засилье местечковых евреев в государственной сфере, в русской-литературе и искусстве, где они навязывали свои, чуждые русскому духу и традициям «ценности».

Директива Бухарина носила жестокий репрессивный характер и была пронизана зоологической русофобией. Не исключено, что помогал ему сочинять ее тесть Бухарина сионист Лурье. Впрочем, и сам Бухарин не был паинькой-гуманистом, этаким миролюбивым голубком, каким его изображает сионистская пропаганда. В нем жил интеллигент-палач, жестокий и кровожадный, как и вся окружавшая его свора свердловых, бронштейнов, урицких и володарских, для которых человек был всего лишь биологическим материалом для политических экспериментов. В своей книге «Экономика переходного периода» он с присущим русофобам цинизмом писал: «Пролетарское принуждение во всех его формах, начиная от расстрела и кончая трудовой повинностью, является, как парадоксально это ни звучит, методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи».

Так что у г-на Черномырдина был недобрый предшественник, терновые лавры которого не дают покоя нынешнему строителю «Нашего дома — России».

Говорить сегодня об антисемитизме в стране, где пышным цветом процветают русофобия и сионизм, не только нелепо, но и провокационно. А провоцировать антисемитизм, когда экономика страны, ее финансы, государственные структуры, СМИ находятся в руках лиц еврейской национальности, как российского так и американо-израильского происхождения, и не безопасно. Приклеенный же раньше к патриотам ярлык «красно-коричневых», означавший «коммунофашисты», не привился в силу явной своей нелепости. Народ начал осознавать, что контрреволюцию в России совершила «пятая колонна», ядро которой составляли сионисты.

А между тем в недрах народа набирало силу чувство патриотизма, национальной гордости. Это священное чувство помогло советскому народу одолеть фашистского зверя и водрузить Знамя Победы над его логовом в Берлине. Правящий американо-израильский режим не мог не учитывать этого грозного оружия в руках патриотов. И тогда бухаринский декрет был заменен ельцинско-черномырдинским: борьбой с фашизмом. Сионисты, чтобы отвести от себя внимание патриотов, уже давно ставили знак равенства между фашизмом и антисемитизмом, совершенно игнорируя всем известный факт, что гитлеровцы творили геноцид не только над евреями, но и над славянами.

Еще раньше сионисты протащили в уголовный кодекс 74-ю статью, под которую подводили всех, кто обнародовал факты о еврейской экспансии и экстремизме. По судам начали таскать руководителей патриотических изданий, деятелей культуры: в частности, издателя В. Корчагина, поэта В. Фомичева. Но 74-й статьи им показалось недостаточно. И вот появляется президентский указ о борьбе с фашизмом. Он был сочинен в спешке и приурочен к празднованию 50-летия Победы над фашизмом, как предупреждение патриотам не очень-то давать волю эмоциям. Да и сама власть, которая совсем недавно клеймила патриотов «красно-коричневым» клеймом, перед праздничным шоу наряжалась в патриотические одежды.