Читаем Соколы Троцкого полностью

После получения вызова с требованием срочно вернуться в Москву Бармин становится «невозвращенцем».

Сам Бармин так объясняет причины своего бегства на Запад. После того как в начале 1937 года он побывал в Москве, по возвращении в Грецию в разговоре со своими коллегами по посольству он допустил несколько неосторожных высказываний. Вокруг него якобы сложилась атмосфера подозрительности и недоверия. Работники посольства остерегались вступать с ним в открытое общение, более того, некоторые из них стали просматривать личные документы Бармина, заглядывать в его письменный стол и портфель. Он перестал получать письма от своих друзей из Наркоминдела, ранее присылавшиеся ему с каждой диппочтой. В такой обстановке Бармин пришел к выводу, что готовится его похищение и насильственная отправка в Москву. Он решает бежать, дает телеграмму в НКИД о том, что берет отпуск, а сам немедленно выезжает во Францию.

Дальнейшая эволюция Бармина-«невозвращенца» весьма типична для советских перебежчиков того времени. Начав с защиты подлинного социализма и пройдя период союза с Троцким, он постепенно переходит на позиции антикоммунизма. О парижском троцкистском периоде в жизни Бармина пишет в своей книге «Партия расстрелянных» историк Вадим Роговин:

Бармин направил заявление в парижскую комиссию по расследованию московских процессов, в котором сообщал о своем разрыве со сталинским режимом. Отмечая, что, больше чем когда-либо, он остается верным идеалам, служению которым посвятил свою жизнь, Бармин подчеркивал, что «дальнейшее пребывание на службе у сталинского правительства означало бы для меня худшую деморализацию, сделало бы меня соучастником тех преступлений, которые каждый день совершаются над моим народом… Да поможет мой голос общественному мнению понять, что этот режим отрекся от социализма и всякой гуманности».

Приступая к работе над воспоминаниями, в которой ему оказывал помощь Седов, Бармин просил передать Троцкому, что хочет узнать его мнение о своих статьях, прежде чем приступит к работе над задуманной им книгой. В гарвардском архиве хранятся несколько десятков страниц воспоминаний Бармина, посланных им Троцкому.

В воспоминаниях Бармина содержится ряд глубоких обобщений, касающихся объяснения политического смысла сталинской чистки. Он подчеркивал, что при смене правительств и режимов, когда не меняется социальный строй страны, основные кадры армии и дипломатии обычно остаются на своих постах. Так произошло, например, после прихода к власти фашистов в Германии и Италии. Когда же меняется социальная база режима, как это произошло в русской революции 1917 года и в начальный период испанской революции 1936 года, это сопровождается полной сменой военного и дипломатического корпуса. Истребление цвета советских военных и дипломатических кадров выступает выражением коренных сдвигов в социальной структуре общества и власти.