Читаем Сокол полностью

– Нормально, – чужим голосом ответила я. – Здесь есть вода?

– Сейчас принесу влажные салфетки. Только не падай. Ладно?

– Не волнуйся, не упаду.

Выскользнув на улицу, он побежал к машине. Я вижу его голое тело.

Как же мне плохо. Во рту горечь, живот вот-вот разорвется на части. Секс – ужасная штука. Пахнет ромашками и табаком. А все начиналось так красиво…

Алик вернулся с бутылкой воды и упаковкой антибактериальных салфеток. От холода на руках волосы встали дыбом. Глаза светятся, губы дрожат. Только сейчас я заметила на его плечах красные воспаленные прыщи. Грудь гладкая, два шрама: один в области сердца, другой, более свежий, от аппендицита. Кожа смуглая, соски темные.

Его тело не вызвало у меня восхищения. В одежде он казался совсем другим. Хотелось поцеловать, дотронуться. А теперь… Кроме отвращения ничего не осталось.

– Тебе помочь? – предложил он.

– Не надо. Я сама.

Пока я доставала из упаковки одну салфетку за другой, он успел надеть трусы. Снова взглянул на меня.

– Ты бледная.

– Все нормально.

– Я не хотел, Маш. Вернее, хотел, но не думал, что тебе будет больно.

– Это у всех так?

– Откуда я знаю. Наверное. У меня еще не было… Ну… таких, как ты.

– Алик, – заплакала я, бросив салфетки на землю. – Ты женишься на мне? Я же ни разу… Понимаешь? Так ждала, думала после свадьбы, а тут… Не принимай меня за шлюху. Ты мне очень нравишься.

– Дуреха! – встрепенулся он. Забыл о брюках, которые держал в руке, и обнял меня за плечи. – Ты не шлюха. Разве я так могу подумать?

– Ты не бросишь меня?

Он с силой выдохнул мне в макушку. Я прижалась к его груди.

– Куда я денусь?

– Я люблю тебя.

– Это хорошо, – прошептал он. – Хоть кто-нибудь.

– Тебя никто не любит?

– Мне никто об этом не говорил.

Его кожа не пахнет табаком, но почему-то у меня во рту остался этот неприятный вкус. Надеюсь, в следующий раз у нас все будет по-другому.

Прошло буквально пять минут, и я снова не могу оторвать от него взгляд. Любимый, а теперь еще и родной. Мой. Только мой. Мужчина, которого ждала и которому отдала все самое ценное: душу, сердце, мысли. Тело.

Через два месяца мы сыграли свадьбу. Мама с Виолеттой Филипповной подсуетились: взвалили на свои хрупкие плечи все приготовления к грандиозному празднику.

Время пролетело мгновенно. Не успели мы вернуться домой после той поездки, как все вокруг заговорили о свадьбе. Алик не смог скрыть от деда правду, я тоже рассказала своим родителям о содеянном. Так и понеслось.

Торжество было великолепным. Много гостей, много подарков. Приехали мои братья и бабушка с Украины. У Алика на свадьбе было больше друзей, чем родственников. С моей стороны пришла только Антонина Павловна.

Впервые мы с Аликом поцеловались во время церемонии, когда солидная женщина в золотом платье объявила нас мужем и женой

– Жених, можете поцеловать невесту.

И он поцеловал, уже по-настоящему, а не так, как было в разрушенном замке.

Следующие поцелуи были более скромными, но ночью он компенсировал мне все, чего недодал за последние месяцы.

Брачная ночь! Самая восхитительная ночь в моей жизни. Шикарный отель, огромная кровать, шелковое белье, холодное шампанское, и великолепный мужчина, подаривший целый букет эмоций и воспоминаний на долгие годы. Потом было свадебное путешествие, ласковый океан, горячее солнце, никаких телефонов, никакой связи с материком. Только мы одни в уютном бунгало, посреди экзотической природы.

Десять дней я просыпалась в объятьях мужа. Прекрасного мужчины, о котором мечтала последние полгода. Да, немного, но он первый. Незаменимый и самый любимый.

До свадьбы была одна жизнь. Я ее уже не помню. А теперь ощущаю каждую минуту, каждую секунду, проведенную рядом с Аликом. Мы не заметили, как поженились, за то ощутили, как хорошо нам вместе. Вдвоем. Ему и мне. Мне и ему.

После поездки, мы сразу же въехали в свою квартиру, подаренную на свадьбу Александром Ивановичем. Три просторные комнаты, кухня, гардеробная размером с футбольное поле. Прекрасный ремонт, мебель, посуда, постельное белье и полотенца. Все приготовили для нашего удобства. В довесок дали повара и помощницу по дому.

Первые пять дней мы спали в одной кровати, потом я сбежала в соседнюю комнату, которая изначально была предназначена для нашего будущего ребенка, и обустроила там себе спальную. Алик не обиделся, а наоборот поддержал идею, жить в раздельных комнатах. Я привыкла к тишине, он храпит. Я допоздна читаю книги, он рано ложиться спать. Я открываю на ночь окно, он кутается с головой в одеяло и постоянно шмыгает носом.

Вскоре, не успели мы обустроить быт и привыкнуть к новой квартире, как в нашей гостиной поселился Данила. Он поссорился со своей ворчливой женой и решил немного пожить у нас. Алик, как хороший муж, спросил у меня разрешения, я согласилась. И это «немного» растянулось на три месяца.