Читаем /soft/total/ полностью

Его работа оказалась несложной и чем-то напоминала игру – надо было передвигать квадратики на экране, стараясь достичь оптимума. В основном все делала автоматика, но периодически надо было подходить к экранам и задавать направление работ. КуДзу объяснил, что это связано с перераспределением энергии, но ПалСаныч ни во что особо не вникал. Он знал, что все равно не сможет понять сложных взаимодействий, о которых не имел ни малейшего представления; ему вполне хватало понимания логики распределения разноцветных квадратов на экране. Надо было собрать их в устойчивые группы – и можно было отойти, выпить кофе или выйти в сеть. Аккаунтов у чертей, конечно, не было, выходили с чужих. КуДзу показал ПалСанычу терминал в углу.

В дневную смену входи отсюда. Если что – откликайся на Колю; но это вряд ли потребуется.

Вот так просто? – не поверил ПалСаныч. – Но это же запрещено.

Здесь все просто. А что запрещено – не бери в голову. Дальше ада не сошлют.

После смены все занялись своими делами. ПалСаныч неспешно обошел зону и остался доволен увиденным. Все было совсем не так плохо, как он себе представлял. Неморальная зона была мертвой территорией; здесь же кипела настоящая жизнь. Если бы еще Маша смогла приехать… ПалСаныч вернулся в отсек и подошел к КуДзу.

Не подскажешь, где у вас переговорный пункт? – спросил он.

Зачем тебе переговорный? – удивился КуДзу.

Хотел пообщаться с девушкой.

Общайся, в чем проблема, – КуДзу залез в один из своих многочисленных карманов и протянул ПалСанычу мобильник.

А разве так можно? – удивился ПалСаныч.

У нас все можно. Дальше ада не сошлют, – повторил КуДзу популярную здесь поговорку.

Спасибо! – ПалСаныч взял трубку и направился за барак, к ограждению.

Он сел на скамейку под сосной; сердце бешено пульсировало. Что я ей скажу? – ПалСаныч несколько минут смотрел на пустой экран. Мыслей не было. – Ладно, разберусь по ходу. Он набрал знакомый номер, уже догадываясь, что произойдет. Сколько раз на проблемной зоне он видел этот ролик автоответчика, казалось, выучил наизусть. Но внутри все равно что-то сжалось – то ли в груди, то ли в кишечнике. ПалСаныч нажал повтор набора – только для того, чтобы еще раз увидеть Машу. Палец потянулся к кнопке записи и замер. Все-таки чужой телефон. Как неудачно все получилось. ПалСаныч встал, спрятал трубку в карман и неторопливо побрел к своему бараку.

Друзья склонились над столом, что-то бурно обсуждая. Перед ними была разложена огромная схема, закрывшая всю столешницу.

Ну как? – повернулся к нему КуДзу. – Дозвонился?

Не повезло, – коротко ответил ПалСаныч, протягивая мобильник. – Но все равно, спасибо.

Не расстраивайся, в другой раз повезет.

ПалСаныч подсел к столу, вынул из внутреннего кармана Машин коммуникатор, включил его и положил перед собой.

А можно ли его как-нибудь оживить? – спросил он. – Я прошел через врата, и все стерлось.

КуДзу взял наладонник и удивленно присвистнул:

Это же «Макс-64»! – Он мельком взглянул на экран и удовлетворенно кивнул. – Без проблем. Было бы железо, а оську нарастим. Накатим в пять минут.

Это не наш метод! – твердо заявил Кодер, отбирая Макс. – Вам бы, дикарям, только накатить. А наш метод – восстановить все как было и посмотреть, что там к чему.

А получится? – с сомнением спросил ПалСаныч. – Во вратах же гарантированное стирание.

Куда он денется! – оптимистично заверил Кодер. – Информация меняет структуру носителя, ее так просто не уничтожить. Следы всегда остаются. Для нас это только вопрос времени.

Хорошо бы, – вздохнул ПалСаныч.

Возможно, к утру уже что-то прояснится, – обнадежил его Кодер.

Но ждать утра не пришлось, все прояснилось гораздо раньше. Кодер разбудил ПалСаныча среди ночи.

Профессор, откуда у тебя этот коммуникатор?

Одна девушка дала. Аспирантка.

Сон слетел мгновенно. ПалСаныч сел на койку, завернувшись в одеяло.

Маша Эпштейн? – уточнил Кодер.

Да.

Из Администрации?

Из резерва.

Кодер снова склонился на Максом, бормоча что-то себе под нос. Потом повернулся к ПалСанычу.

Нет, все-таки из Администрации. У нее административный доступ ко всем базам. Коды, явки, пароли. Ключи ко всем дверям. Только все зашифровано.

Но шифрование же запрещено? – удивился ПалСаныч.

Запрещено, – согласился Кодер, – но только не для Администрации.

24

Маша Эпштейн «Общество без насилия: проблемы и перспективы»