Читаем Содержательное единство 2007-2011 полностью

Сценарий удара, по мнению каперанга Волженского, может выглядеть так (рис. 33)

Три-четыре группы по 5 ударных эсминцев в каждой в Северной Атлантике, две-три таких же морских ударных группы в Тихом океане, три-четыре группы атомных подводных лодок в Арктике в районе Карского моря – наносят удар мощностью до 7000 крылатых ракет по шахтным и мобильным установкам российских МБР в Европейской части России, Центральной и Восточной Сибири, а также подводным лодкам с МБР и стратегическим авиационным группам Тихоокеанского флота.

В случае успешного первого удара Россия окажется практически беззащитной. Второй удар с применением палубной авиации авианосцев, входящих в состав тех же соединений, и стратегической авиации США уничтожит группировки сухопутных вооруженных сил и крупные объекты ВПК. После этого организовывать сопротивление будет уже некому и нечем.

Далее Волженский пишет, что при обнаружении массированного пуска крылатых ракет (а их подлетное время до названных целей на территории РФ составит от 2,5 до 3 часов) Россия должна будет нанести ограниченный ядерный удар по целям ПРО в Европе, а также по элементам ПРО на эскадренных миноносцах в Баренцевом море и на береговых базах США в Польше. Для этого достаточно 20 минут.

Вслед за этим нужно предъявить США ультиматум – под угрозой немедленного встречного ядерного удара обеспечить самоликвидацию выпущенных крылатых ракет. США не смогут отказаться от выполнения этого ультиматума, иначе это означает начало всеобщей "ядерной зимы" и гибель цивилизации. Тем самым Россия и США вновь вернутся к положению обоюдного сдерживания с помощью межконтинентальных ядерных ракет, которое нас вполне устраивает.

Конечно, у нас нет той специальной информации, которой располагают военные аналитики. И все же, думается, для "успокоительного оптимизма" каперанга Волженского реальных оснований нет.

Для него нет оснований прежде всего потому, что детально разработанная и широко обсужденная в мировой печати логика ракетно-ядерного противостояния исключает сценарии, в которых США "зачем-то" будут, применяя крылатые ракеты, дарить России целых 3 часа на поражение их ПРО, ультиматумы и возможность ответно-встречного удара. Тем более что они, согласно весьма профессиональной прошлогодней публикации в "Форин аффеарс", вполне способны своими баллистическими ракетами всего за 30 минут уничтожить своим первым ударом 90-95% совокупного стратегического ракетного потенциала России.

Однако то, что реальный сценарий не таков, как описывает Волженский, не так уж существенно. Для нас появление данной объемной (почти две полосы) публикации в респектабельной газете, вослед за серией заявлений российских лидеров и представителей высшего военного командования страны, – индикатор того, что не только российская власть, но российское общество в целом – осознало программу создания американской ПРО в Восточной Европе как реальную угрозу стране. А одновременно – как средство шантажа России, призванное стать инструментом для принуждения российской власти к дальнейшим уступкам по всему спектру вопросов, которые США пожелают включить в список своих "жизненно важных интересов".

Мне скажут, что не в ракетах дело, а в иноземных банковских счетах нашей элиты. И в том, как их будут превращать в средство получения желанных уступок. Я в принципе с этим согласен. И если кто-то думает, что мне так хочется быть гласом идеального, вопиющим в пустыне прагматики – так нет. Я тоже хочу быть в курсе, держать руку на пульсе.

Так я и держу. Я хорошо понимаю, что обозначает последний шквал публикаций по поводу "криминального банка Дисконт" и участия российских элитариев в отмывании денег. Тут не так трудно сосчитать до десяти. И понять, что означает информационная кампания, в которой на первом шаге "начинает запев" малоизвестный журнал "The New Times", но этот запев сразу подхватывают все, кому не лень – от прокуратур "политкорректных" стран до суперпрестижной "Файненшл таймс".

Но дело-то не в деталях этой прагматики. А в том, что прагматика и тут приводит в тупик. Не в какой-то особый, историософский, – а в примитивно-политический. Давайте я на политическом языке это и изложу. Чтобы не превращаться в чудика, хлопочущего об одних лишь нематериальных активах.

На грубом конкретном политологическом языке все эти новые коллизии со счетами сводятся к следующему.

Российская элита ведет себя на Западе отвратительно. Но это – констатация очевидного ("Волга впадает в Каспийское море", "зимой холодно" и т.д.). Суть не в этом. А в том, как на подобное инвариантное поведение нашей элиты реагирует Запад. Он реагирует вариативно. Когда-то закрывает на это глаза, когда-то нет.

Как называется подобная вариативность?

Она по определению называется "шантаж", "избирательный наезд" и т.д.

Шантаж всегда преследует какие-то цели. Какие?