Читаем Соблазнительница полностью

Амелия взглянула на свой летний костюм для верховой езды; ей казалось, что он достаточно хорош, но вряд ли сравнится с ее бальными платьями. Она думала о том, что ответить, и вспомнила, как замечательно мечтается в детстве.

— Да нет, у меня есть платья и покрасивее этого.

— Правда?

— Правда. И ты сможешь увидеть их, когда придешь в большой дом осенью на праздник.

— Праздник? — Один из мальчиков подошел ближе. — Осенний праздник?

Амелия кивнула:

— В этом году его устраиваю я. — Она посмотрела на малышку. — И у нас будет гораздо больше всяких игр, чем раньше.

— Правда?

Остальные дети тоже подошли и встали вокруг.

— А танцы будут?

— А стрельба из лука?

— А лошадиные подковы? А что еще?

Амелия рассмеялась:

— Пока еще не знаю, но наград будет много.

— А у вас есть любимые собаки, как у него? — Малышка сунула ладошку в руку Амелии. Ее кивок относился к Люку, который все еще стоял на крыше. — Они иногда приходят с ним, а сегодня не пришли. Они большие, но добрые.

— У меня есть собака, но она еще маленькая — щеночек. Когда он вырастет, я приведу его к тебе в гости. Ты увидишь его на празднике.

Девочка доверчиво посмотрела на нее:

— У нас тоже есть собаки — они там, на задах. Хотите посмотреть?

— Конечно. — Амелия взглянула на толпящуюся вокруг нее ребятню. — Пойдем, ты мне все покажешь.

Окруженная детьми, которые теперь забрасывали ее нетерпеливыми вопросами, она обогнула вместе с ними дом и вышла на небольшую лужайку.

Люк нашел ее там через четверть часа, рассматривающую курятник.

— Мы собираем перья для подушек, — сообщила ей ее новая подружка. — Это очень важное дело.

Люк ее ждет — она поняла это, как только он появился из-за угла дома, но не могла оставить детей и, с серьезным видом кивнув маленькой Саре, обратилась к мужу:

— У нас проводится какой-нибудь конкурс на лучшую — самую красивую — курицу в поместье?..

Люк подошел к ним, поздоровался с детьми. Он знал всех еще с колыбели, видел, как они растут, и они его не боялись.

— Насколько я знаю, нет, но я не вижу, почему бы нам его не провести.

— На осеннем празднике? — спросила Сара.

— Поскольку устройство праздника поручено мне, — заявила Амелия, выпрямляясь, — все будет так, как я скажу. Стало быть, если я скажу, что будет конкурс на самую красивую курицу, значит, тебе нужно готовить к нему Элеонору и Айрис, верно?

Это предложение положило начало серьезной дискуссии. Люк увидел блестящие глаза, взгляды, устремленные на Амелию, — дети слушали и смотрели на нее не отрываясь. Она держалась с ними абсолютно свободно, так же как и они с ней.

Прошло еще минут пять, прежде чем ему удалось извлечь ее из их толпы, и они пустились в путь. На обратном пути он показывал ей фермы других арендаторов, мимо которых они проезжали, но больше они не останавливались. В памяти его запечатлелась Амелия в окружении детей.

Умение обращаться с прислугой — это одно, а вот уме ние общаться с фермерами и их семьями, особенно с детьми, да еще с такой легкостью, — совсем другое. Он не ждал этого от своей жены, но это было для него очень важно. Хотя Амелия и не жила в деревне, но, как и он, росла в большой семье. С самого рождения оба они всегда находились в обществе других детей — старше себя или младше, — и всегда вокруг были чьи-то младенцы.

Он умел обращаться с людьми разных возрастов, не раз проверял это умение на практике и не мог представить себе, как можно не уметь этого. Помогать жене, которая не наделена этим даром, было бы трудно. Когда они подъехали рысцой к конюшням Калвертон-Чейза и услышали гонг, призывающий к ленчу, он возблагодарил судьбу за то, что выбрал Амелию.

Только войдя с ней в прохладу дома, он вспомнил, что это она выбрала его.

И почему выбрала.

Слова десятника прозвучали в его голове — он надеялся, что она их не расслышала. Пока они поднимались наверх, чтобы переодеться, она болтала и была, как обычно, весела. Он решил, что она не слышала, и выбросил этот случай — и угрызения совести — из головы.

Амелия вспомнила слова десятника, когда стягивала с себя костюм для верховой езды. Что-то в его словах привлекло ее внимание, но она никак не могла вспомнить, что именно…

«…Все еще до июня». Вот оно что. Люк отдал приказ купить стройматериалы в конце мая. Насколько она понимает, в его обстоятельствах сделать это позволило ему ее приданое или обещание приданого.

Некоторое время она стояла, так и не сняв жакет, глядя в окно невидящим взглядом, а потом вошла Диллис, засуетилась, и она потрясла головой, отгоняя тяжелые мысли.

Нет причин, почему Люк не мог считать ее приданое уже полученным, раз она сама предложила ему жениться на ней и он согласился. В их кругу этого было достаточно; с этого момента — если только она не передумает, а он не согласится освободить ее от обещания, — ее приданое действительно принадлежало ему.

И оно явно было ему очень нужно. Срочно. Слова десятника и эта кучка коттеджей тому доказательство. Покупка леса была не только разумной тратой денег, но и говорила об ответственном отношении к ним.