Читаем Соблазнительница полностью

— Ну конечно. — И Хиггс с трудом встала с кресла. — Первый шаг вы сделали, теперь просто нужно продолжать. Пойду-ка я отнесу это кухарке. — Она похлопала себя по карману. — А потом снова буду в вашем распоряжении, мэм.

— У меня есть идея получше. — Амелия тоже встала. — Я пойду с вами, и вы покажете мне все кухонное хозяйство. После чего проведете меня по дому — я знаю общее расположение комнат, но есть множество мест, где я никогда не бывала.

Мест, куда не стала бы заглядывать гостья, но которые необходимо знать хозяйке.

Например, чердаки.

Чердаки западного крыла и половина чердаков восточного крыла были отданы под комнаты прислуги — маленькие комнатушки, немногим больше кельи, но Амелия с удовольствием отметила, идя по узкому коридору, что каждая комната, куда она заглянула, была не только опрятна и чиста, но имела даже некоторые признаки комфорта — зеркало, на стене картина в раме, кувшин, используемый для цветов.

Вторая половина чердака восточного крыла была отведена под кладовые. Заглянув туда, она убедилась, что в более подробном осмотре нет никакой нужды. Люк сказал, что вернется к ленчу, и ей не хотелось в первый же день их супружества предстать перед ним в пыли и паутине.

Когда они вернулись в центральное здание, Хиггс, стоя наверху главной лестницы, объяснила, какие комнаты находятся на верхнем этаже.

— Детская вот здесь, впереди, классная комната за ней. Тут у нас комнаты для няни и гувернантки, то есть мисс Пинк.

Амелия вспомнила эту робкую, тщедушную женщину.

— Как она справляется с Порцией и Пенелопой? — С младшими сестрами Люка ей наверняка хватало забот.

— По правде говоря, это скорее они справляются с ней, но, несмотря на все их упрямство, у них добрые сердца. Сдается мне, им стало жалко Пинк, едва они ее увидели.

— Им нравятся их занятия?

— Они их обожают. И между нами говоря, Пинк учит их гораздо большему, чем нужно знать молодым леди. Как бы то ни было, поскольку у них хватает ума и нервная горячка им не грозит, стало быть, Пинк хорошо исполняет свои обязанности. Мисс Порция и мисс Пенелопа стараются вести себя примерно, потому что любят ее.

Спустившись с верхнего этажа, они начали осматривать комнаты на втором. Большая часть комнат находилась на первом этаже, но кое-где между спальнями в обоих флигелях были расположены гостиные.

— Так что у нас и впрямь несколько апартаментов. Это хорошо, особенно если принимаешь немолодых гостей. — Амелия сделала пометку в записной книжке, которую взяла с собой.

Низкий звук гонга раздался в доме. Хиггс подняла голову.

— Зовут к ленчу, мэм.

Амелия повернула к лестнице.

— Мы продолжим осмотр во второй половине дня.

Она вошла в парадный холл, когда Люк вошел туда через длинный коридор западного крыла. В бриджах и куртке для верховой езды он был воплощением английского сельского джентльмена.

Хиггс присела в реверансе, потом удалилась в комнаты для прислуги. Люк подошел к жене.

— Ты все посмотрела?

— Меньше половины. — Она пошла впереди него в семейную столовую. — Мы с Хиггс продолжим осмотр после завтрака.

Она села, опять справа от него, не желая сидеть в конце стола, когда они одни. Коттслоу был с ней согласен; он накрыл для нее там, где ей хотелось, хотя она и не просила его об этом. Расправив салфетку, она взглянула на мужа:

— Нет ли чего-нибудь такого в хозяйстве, что тебе хотелось бы изменить?

Он задумался над ее вопросом; Коттслоу прислуживал у стола. Когда дворецкий отошел, Люк покачал головой:

— Нет. За последние годы мы переделали буквально все. — Он встретился с ней взглядом. — Теперь, когда матушка отдала тебе бразды правления, все хозяйство полностью в твоих руках.

Амелия кивнула. Приступив к еде, она снова задала вопрос:

— А нет ли каких-либо обязанностей, которые ты хотел бы переложить на мои плечи?

Деликатный вопрос, но Минерва была немолода, а Люк — это Люк. Хотя его мать неукоснительно исполняла все, что от нее требовалось, Амелия знала, что он переложил как можно больше обязанностей с плеч Минервы на свои.

Он снова задумался, потом хотел было покачать головой — как она и ожидала, — но передумал.

— Пожалуй… — Он посмотрел на нее. — Есть кое-какие дела, которые ты могла бы взять на себя.

Амелия чуть не выронила вилку из рук.

— Что? — Она надеялась, что ее нетерпение не слишком заметно. По ее рассчитанному на долгий срок плану ей было важно поставить себя как его жену не только в глазах прислуги, работников в имении и всех прочих, но также в глазах Люка.

— Осенний прием — это… такой праздник в имении, которому нужно придумать название получше. Он празднуется в сентябре.

— Я помню, — отозвалась она. — Я была как-то раз на нем несколько лет назад.

— Да, но ты была на этом празднике при жизни моего деда. Вот это были праздники так праздники.

Она усмехнулась:

— Уверена, мы можем устроить все не хуже, если постараемся.

— Коттслоу был тогда лакеем, а Хиггс горничной — они помнят достаточно много, чтобы возродить кое-что из самых необычных затей.

Она кивнула:

— Я расспрошу их. Посмотрим, что тут можно сделать. — Она положила вилку и протянула руку к бокалу. — Есть еще что-нибудь?