Читаем Соблазнитель полностью

– Действительно. Однако его не умертвили. Вы помните его потрясающее равнодушие, его замечательное ощущение чуждости? Тут представлены три основные проявления шизофрении: аутизм, аффективная тупость, диссоциация. Следующие симптомы – это обман зрения, мания величия и бред отношения. Аутизм «Постороннего» прекрасен, неповторим. Или это его притупление чувств. Он даже не помнил, когда умерла его мать, вчера, сегодня или позавчера. Но время торопит, доктор Эвен. Прежде чем петух прокукарекает три раза, мы все должны исчезнуть. Вот следующая камера. Здесь живет герой «Падения».

– Да, господин Иорг, – сказал я. – Как мы помним из разного рода рассказов, когда-то это был красивый адвокат, ценящий комфорт, любящий свою профессию и радости жизни. Как он выглядит сегодня? Я цитирую: «Посыпав голову пеплом, неспешно вырываю на ней волосы и, расцарапав себе ногтями лицо, сохраняя, однако, пронзительность взгляда, стою я перед всем человечеством, перечисляя свои позорные деяния, не теряя из виду впечатление, какое я произвел, и говорю: „Я был последним негодяем“»[63].

Его болезнь началась раньше: «Как раз в ту пору у меня немного расстроилось здоровье. Ничего определенного, просто какая-то подавленность, с трудом возвращалось былое хорошее настроение. Я обращался к врачам, мне прописывали всякие укрепляющие средства. Бывало, подбодришься, а потом опять раскиснешь. Жить стало невесело: когда какая-нибудь болезнь подтачивает тело, сердце томит тоска».

И вот в объятиях любовниц наш герой начинает испытывать равнодушие, перестает все принимать близко к сердцу. Цитирую: «Единственное глубокое чувство, которое мне случилось испытывать во всех этих любовных интригах, была благодарность, если все шло хорошо, если меня оставляли в покое и давали мне полную свободу действий».

К сожалению, процесс аффективной тупости не останавливается, а начинает углубляться. Вскоре происходит памятная сцена на мосту, когда наш герой видит падающую в реку женщину и слышит ее крик о помощи. Как он реагирует? «Я стоял неподвижно, прислушивался. Потом медленно двинулся дальше. И никого не предупредил». Итак, произошло уже патологическое притупление чувств. Он не только сам не поспешил на помощь, не позвал на помощь тонущей, но даже никому об этом не сообщил. Потом начался бред отношения, когда ему казалось, что все, даже знакомые, насмехаются и издеваются над ним. Цитирую: «Мне казалось, что каждый встречный смотрит на меня с затаенной усмешкой. В ту пору у меня даже было такое впечатление, будто им хочется дать мне подножку». И дальше: «Больше всего враждебности я встречал среди тех, с кем имел только шапочное знакомство и сам хорошенько их не знал». А позже последовала мания величия. Больному тогда кажется, что он призван осуществить великие цели, им руководят могущественные силы, которые открыли ему – единственному и избранному – какую-то истину. Цитирую: «Однако мне сначала нужно было привести в порядок свои открытия и уладить дело с насмешками моих современников. С того вечера, когда меня позвали к ответу – а ведь меня действительно позвали, – я обязан был ответить или по крайней мере поискать ответ». А потом он кричит: «Ибо я – начало и конец, я возвещаю закон». И дальше: «Во всяком случае, я несколько недель исполнял обязанности папы Римского, и притом самым серьезным образом». И дальше: «Да вы и не очень-то доверяйте моему волнению, моему умилению и бредовым моим речам. Они целенаправленны». Появляются также и обманы зрения. Во время путешествия на пароходе он отмечает: «Вдруг вдали на поверхности синевато-серых волн я заметил черную точку. Я сразу отвел глаза, сердце у меня забилось. Когда я снова заставил себя посмотреть в ту сторону, черная точка куда-то исчезла».

В жизнь адвоката Кламанса болезнь вселяет страх и беспорядок. Он переезжает в бедную каморку без кастрюль и мебели, перестает читать. Впадает в крайний аутизм. Он начинает жить только для себя и исключительно собой, в своем замкнутом мире, стремится к полной изоляции, ему уже не нужны контакты с другими людьми, и он не хочет соприкасаться ни с чем. О чем он мечтает? «Мне хочется крепко замкнуть ворота моего маленького мирка, где я и царь, и папа Римский, и судья».