Читаем Соблазненная полностью

Ему было немного обидно, что родители ни разу не посылали за ним, чтобы он приехал на Цейлон, и он про себя решил, что, как только через год с небольшим достигнет совершеннолетия, тут же отправится в путешествие. Он ничего не скажет Антонии, но, когда приедет этот малый, Адам Сэвидж, он выспросит у него все, что тот знает об Индии. Начав строить планы на будущее, он почувствовал себя лучше.

Антония обрадовалась, увидев, что брат с утра занялся туалетом. Он надел серые бриджи и элегантную синюю куртку. Она заметила на нем перевязанный лентой парик и удивилась, зачем столько хлопот для обычной утренней верховой прогулки.

— Мне подумалось, что надо бы сегодня съездить поговорить с арендаторами. Теперь они, должно быть, знают об отце, и, мне кажется, следует заверить их, что я ничего в отношении них менять не буду.

Антония, спрятав улыбку, кивнула. На их земле было две фермы, и у обоих фермеров хорошенькие дочки. Отсюда новый кокетливый парик.

— Сегодня чудесный ветер, и я, может быть, прогуляюсь под парусом.

Антони в ответ улыбнулся, и она с облегчением отметила, что он снова стал таким, как прежде.

— Боюсь, что не смогу уговорить тебя не уходить дальше Медуэй.

— Чего бояться? Что толку жить на берегу и не выходить в море? Не хочешь ли ты сказать, Тони, что я не такая хорошая морячка, как ты?

— О Боже, теперь ты еще захочешь утереть мне нос! Просто будь осторожнее. Прошу, мне ничего не надо доказывать.

Переодеваясь для прогулки под парусом, Антония выглядывала в окно спальни. Антони, как на скачках, взял с места в карьер. Как это похоже на него: призывает ее к осторожности, а сам скачет во весь опор, рискуя свернуть шею! Всадник он превосходный, и она с удовольствием смотрела, как он перемахнул через живую изгородь, отделявшую парк от луга. Прыжок был чистым, но потом что-то случилось, и лошадь с всадником отделились друг от друга. Ей было видно, что лошадь будто взбесилась, а Тони не поднимался с земли.

Антония сбежала по лестнице и крикнула Роз, завтракавшей в столовой:

— Тони свалился с лошади. Где мистер Бэрке? Приподняв подолы юбок, она выбежала наружу, помчалась по парку и пробралась через живую изгородь на луг

Брат, бледный как смерть, неподвижно лежал на траве. Сердце замерло от страха. Не может быть, он жив! «Смерть троицу любит», — промелькнуло в голове.

— Нет! Нет! — закричала она, отгоняя страх. Антонии не хватало воздуха, в ушах оглушительно стучало»» Она подняла глаза и увидела пробиравшуюся сквозь изгородь крепкую фигуру мистера Бэрке. Когда он нагнулся над братом, Антони вдруг сел, пощупал руками голову и глупо ухмыльнулся:

— Режьте меня, я, должно быть, вел себя по-дурацки, раз всех поднял на ноги.

Антония почувствовала, что у нее в ушах отдается стук собственного сердца.

— Тони, какой ты дурак… Я испугалась, что ты умер! Мистер Бэрке помог Антони подняться на ноги. Тот, смущенно отряхнувшись, отказался от посторонней помощи.

— Ступай с мистером Бэрке. Лошадь я приведу, — грозно приказала Антония.

Мистер Бэрке был более дипломатичен:

— Возвращайтесь домой и успокойте бабушку, что вы невредимы.

К этому времени кобыла успокоилась и только дрожала. Взявшись за уздечку, Тони увидела, что морда лошади в крови.

— Венера… спокойно, дорогая. Дай посмотреть, в чем дело.

Морда была поцарапана чем-то на недоуздке. Антония сдвинула его и нащупала острые заклепки. Она увидела, что у удил начисто порвался ремень, и хорошо еще, что Венера ими не подавилась. Она погладила кобылу по шее, утешая словами.

Антония направилась к конюшне. Кобыла пошла следом. Когда они туда подошли, седло болталось на боку.

— Брэдшоу, — сделала она замечание конюху, — я не думала, что упряжь в таком безобразном состоянии. Больше ею не пользуйся и проверь всю сбрую. Придется покупать новую.

Антония принесла из чулана кусок карболового мыла и склянку с мазью. Брэдшоу держал лошадь за гриву, а Антония промыла царапины и приложила к ним изготовленную на травах мазь. Венера ржала и вращала глазами, но не проявляла признаков буйства, как тогда на поле.

Когда Антония вернулась в дом, Антони уже переоделся, и она слышала, как он, рассказывая Роз о падении, старался преуменьшить опасность случившегося.

— Как раз, когда мы преодолевали живую изгородь, лопнула подпруга и седло съехало набок.

— Твоя сбруя никуда не годится, — вмешалась Антония. — Нужно купить новую. Бедной Венере досталось больше, чем Тони.

— С ней все в порядке? — озабоченно спросил Антони, направляясь в конюшню.

— Немного поцарапана морда, а в остальном нормально. Обрати внимание на острые заклепки с внутренней стороны недоуздка.

Когда он ушел, Антония приложила руку ко все еще бешено бьющемуся сердцу.

— О Роз, он не двигался и был так бледен, что я подумала, что он мертв, но он только на минуту потерял сознание.

Роз обеспокоенно поглядела на нее:

— Ты по-настоящему напугана, милая. Пошли, я дам тебе чуточку бренди.

Поперхнувшись бренди, Антония с отвращением вздрогнула и закашлялась, но потом внутри потеплело, явно вернув ей чувство уверенности.