Читаем Собери себе рай полностью

В подвале барочной церкви Святого Михаила в центре, на Доминиканской площади, работает кафе Кафеттино. В средине, кроме бармена, никого нет. На террасе – среди статуй святых – стоят пустые столики, только какой-то парень целует девушку, опирающуюся о святого Доминика.

Иду на площадь Свободы, по дороге осматриваю витрины книжных магазинов: а вдруг выставили какие-то книги кардинала Ратцингера[67] (Для тех, кто не помнит: кардинал Ратцингер – папа римский Бенедикт XVI. – Прим.перевод.). Или что-нибудь о Ватикане. Только никто ничего не выставил.

Только лишь в книжном магазине "Академия" имеется новый чешский перевод Библии. Он лежит рядом с Merde Стефана Кларка[68] (Цикл юмористических романов английского писателя о приключениях молодых англичан (офисных хомяков) во Франции. На русском языке (на Флибусте) имеется перевод одной из книг о Париже. С юмором! – Прим.перевод.).

Воскресенье, 8:00

Месса будет проводиться на аэродроме. От центрального вокзала туда все время отправляются автобусы. Всем садящимся молодые женщины вручают желтые книжечки. Надпись на обложке: "Иисус – наша судьба". Внутри проповеди пастора Вильгельма Буша из Эссена, который напоминает: о любви Божьей сказано уже столько, что мы совершенно забыли о том, что Бог – страшный, Бога нужно бояться!

В автобусе люди различного возраста, желтые книжечки они попрятали в сумки. Одна пани в возрасте говорит знакомой, что едет "помолиться по-настоящему", вторая – мужу, что едет на "экскурсию на другую планету".

Приехавшие молодые польки – в плоских сандалетах, чешки – на каблуках. Польки – в юбках подлиннее, чешки – в покороче. Польки – без какого-либо макияжа, потому что только-только прибыли, а чешки тоже без следа макияжа, поскольку макияж нанесен полнейший.

Перед входом на поле аэродрома – целый ряд торговых палаток. Среди них и "Бенедиктус", лавка по электронной продаже спиртного.

Охранники раздают наборы необходимых вещей: непромокаемая накидка (зонтики запрещены), образок с Марией, покровительницей Брно, и рекламные материалы южноморавской области. Время от времени, через мегафоны повторяют, что во время мессы – в соответствии с пожеланиями самого Святого Отца – не следует размахивать флажками, аплодировать и кричать.

Месса ведется на латыни (каждый получил латинский текст), но тысячи верующих папе римскому в нужным местах не отвечают. За них это делает хор у алтаря. Чехи – народ не слишком откровенный, но у меня складывается впечатление, что все пожелания гостя хозяев еще сильнее напрягают.

Записываю наиболее важные мысли проповеди:

"Единственна надежная и крепкая вера – в Боге".

"Здесь мы, прежде всего, для того, чтобы слушать слово, которое указывает нам путь к надежде".

"Мы слушаем Слово, которое одно способно дать нам истинную надежду, ибо оно – Слово Божье".

"Распятый и воскресший Христос – вот надежда для народа".

"Наша единственная надежда – это Христос".

"Здесь, равно как и во многих местах, множество людей страдало за верность Евангелиям, но они не утратили надежды".

"В этом стремящемся к упадку мире лишь Иисус способен дарить надежду".

"Пускай вас направляет и хранит Мария, мать Господа нашего, наша надежда".

Я сижу на стуле в секторе для людей с ограниченными возможностями, где до конца мессы остаются пустыми несколько мест, изображая из себя опекуна. Журналистам назначили стоячие места. так что наряженные в костюмы итальянцы, чтобы тут же отослать свои материалы, садятся со своими ноутбуками на землю. Четыре часа на ногах, как минимум. Не дождетесь!

Рядом со мной сидит пара ромов. Один брат привез другого, парализованного, в коляске.

- Вот скажу вам, что ничего более прекрасного, чем эта месса, в жизни своей не видел, а уж брат – так точно, - рассказывает здоровый. – Брат упад со строительных лесов, работал он без договора, ну, вы сами знаете, если цыгана и берут на работу, так без оформления. Сейчас у брата ничего нет, но им занимается вся семья. С нами и с Божьей помощью он не умрет, - заверяет он.

После мессы я уезжаю на автобусе для журналистов. Со мной группа с какого-то телеканала. Журналистка вздыхает: - Блин, ну хотя бы было любопытно с театральной точки зрения. Как представление, это шоу дешевка - дешевкой. Этот ваш папа мне весь уикенд перепортил.

Воскресенье, 15:30

Возвращаюсь в Брно. На залитых солнцем улицах и площадях полный покой, как будто бы рядом с городом ничего и не происходило.

Поезд в Прагу. В купе молодая чешка типа полек с утреннего автобуса: мне кажется, что сандалеты она носит даже зимой. Тип женщины, которая не смотрится в зеркало, чтобы вооружиться для войны с другими представительницами собственного пола.

Монашка?