Читаем Собачья радость полностью

От дворца тропинка снова удалилась в запущенный парк, пробежала еще около километра среди вековых дубов и густого бурьяна и привела к облезлой каменной стене. Лола осторожно нагнулась, проскользнула в широкий пролом и оказалась на пыльной, немощеной улице, заросшей огромными лопухами, подорожником и с неказистыми двухэтажными домами послевоенной застройки, ни разу с тех пор не ремонтированными и даже не крашенными. Оглядевшись по сторонам, Лола поняла, что здесь вообще ничего не менялось года с семидесятого.

На углу улицы красовалась выцветшая металлическая табличка: «Улица Сочувствующих».

Номеров домов нигде видно не было, и, заметив некрасивую девочку лет шести, задумчиво ковырявшую в носу большим пальцем, Лола спросила ее, где дом номер восемь.

– А вам зачем? – поинтересовалась любознательная девочка, но, не дожидаясь ответа, показала вынутым из носа пальцем на один из одинаковых двухэтажных домов.

Подойдя к этому дому, Лола толкнула входную дверь. Дверь была не заперта. Она вошла внутрь и оказалась на темной лестнице, заваленной разнообразным хламом вроде детских санок и поломанных велосипедов. Среди этого хлама она поднялась на второй этаж – других вариантов просто не было – и уткнулась в еще одну дверь, на этот раз запертую.

Звонка на двери не было, и Лола постучала.

За дверью послышался шорох и мужской голос очень тихо, почти шепотом проговорил:

– Кто там?

– Михаил Степанович? – спросила Лола. Дверь приотворилась на цепочку, и в щелке показался испуганный глаз и темный всклокоченный вихор.

– А вам чего? – так же полушепотом осведомился человек.

– Можно мне войти? Неудобно на лестнице разговаривать!

Дверь приоткрылась чуть пошире, мужчина выглянул, внимательно осмотрел лестничную площадку, видимо убедился, что за спиной у Лолы не прячется вооруженный разбойник, и впустил ее в квартиру.

Квартирка была крошечная, темная и страшно неудобная. Своими размерами и комфортабельностью она представляла что-то среднее между холодильником и телефонной будкой. Прихожей почти не было, прямо от входа одна дверь, в данный момент полуоткрытая, вела в комнату, а другая – в микроскопическую кухню, по величине не превышающую ячейку автоматической камеры хранения.

– Ладно, проходите! – Мужчина показал Лоле на кухню. – В комнате у меня беспорядок.

Лола представила себе, что творится у него в комнате, если то, что было на кухне, он считал порядком. На полу, на маленьком расшатанном столе, на стульях валялись пустые коробки из-под кефира, пластиковые коробочки из-под маргарина и пустые полиэтиленовые пакеты, кроме того, стол был заставлен грязными чашками и блюдцами со следами какой-то отвратительной засохшей и заплесневевшей еды.

Хозяин расчистил один стул от коробок простейшим способом – смахнул их на пол и указал Лоле на этот стул:

– Садитесь.

Лола с ужасом села на этот сомнительный стул и уставилась на хозяина квартиры. Он был таким же запущенным, как его жилище, давно нестриженым и явно немытым. При этом в нем чувствовалась какая-то мучительная нервозность и озабоченность.

– Слушаю вас, – проговорил этот странный человек, демонстративно взглянув на часы, как будто хотел показать гостье, что он чрезвычайно занят и не может уделить ей много времени.

Лола невольно почувствовала раздражение, ей даже захотелось немедленно встать и уйти из этого свинарника, но она представила, как презрительно посмотрит на нее Леня, узнав, что она добралась до источника важной информации и ушла, ничего не выяснив, и решила держаться.

Она достала из сумочки Анфисину фотографию и, прежде чем показать ее странному человеку, сама еще раз взглянула на снимок.

Пожалуй, в том человеке, который сидел на деревянных мостках справа от Птичкина, с большим трудом можно было узнать теперешнего Лолиного собеседника. На фотографии он был самым молодым и даже довольно симпатичным, но при том образе жизни, который вел, судя по окружающей обстановке, немудрено, что он быстро состарился и совершенно утратил привлекательность.

Лола протянула фотографию хозяину квартиры и спросила:

– Вы узнаете этот снимок?

Михаил Степанович поднес карточку к самым глазам, как делают очень близорукие люди, и долго ее разглядывал. Наконец он оторвал от снимка взгляд, в котором сквозил неприкрытый страх.

– Зачем вы пришли? – спросил он Лолу.

– Что за отвратительная манера – отвечать вопросом на вопрос? – Несмотря на то, что Лола сидела, а мужчина стоял, она умудрилась посмотреть на него сверху вниз. В этом сказалась ее отличная актерская подготовка. – Я пришла, чтобы узнать у вас о людях, которые изображены на этой фотографии. Кого-то из них я знаю – например, Георгия Птичкина, который сидит на мостках слева от вас… но я хотела бы узнать, где сделана эта фотография, что объединило всех вас, что произошло в то время…

– Я так и знал, – простонал мужчина, – я так и знал, что вы до меня доберетесь…

– Откуда вы могли это знать? – удивленно спросила Лола. – Ведь мы с вами никогда прежде не встречались… вы даже не знаете, кто я такая!