Читаем Сны женщины полностью

Сны женщины

Однако все точки должны быть расставлены, все пункты оговорены и как можно скорее. Поэтому Леночка виртуозно сокращает наш с ней диалог (чем ставит меня в идиотское положение) и, опять-таки обращаясь к летуну-генералу, выхватывает из пьесы тот кусок, который ее устраивает, и продолжает:

– «Мужчина – вожделеющий, женщина – вожделенная: вот и всё! Но решающее преимущество женщины: природа предала ей мужчину через его страсть, и женщина, которая не умеет сделать из него своего подданного, своего раба, даже свою игрушку и затем изменять ему, – такая женщина неумна»[1].

Генерал в упоении, он обожает умных женщин, он согласен, согласен со всеми пунктами договора. Козырек фуражки опускается в коротком военном поклоне, вероятно, и каблуки щелкают. А глаза вопрошают: «Ну что? Что, восхитительная? Да?..»

Легкий – победный и обещающий – кивок со сцены, подкрашенная бровь поднята, шубка ползет шлейфом, она возвращается в кресло. И вот – она укутана в меха, из-под шубки – остроносая лаковая туфелька выглядывает. И кто теперь знает, насколько она красива, эта дама в кресле, – лицо наполовину утонуло в темном пушистом мехе.

Вынужденный антракт.

* * *

Вынужденный антракт.

Я раскланиваюсь перед публикой, делая вид, что все в порядке. Леночка победно улыбается.

Сцена сокращена до безобразия, недоиграна, скомкана. Угроблена вконец. Все потому, что Леночка склонна смешивать жизненные реалии и сценические. Кто бы и счел это за творческий поиск, только не наш режиссер. За колонной он, разъяренный очередной Леночкиной выходкой, топчет и пинает панаму, которую сорвал с головы костюмерши, себе на беду оказавшейся поблизости, стучит кулаком в ладонь, плюется и шипит в Леночкин адрес нецензурное:

– Сука! Сука! В который раз уже! Ведь клялась! Клялась! В ногах валялась! Бл..! В койку залезла, бл..! Вот тебе роль, играй!!! Ваяй! Так нет же! Опять кобеля высмотрела, сука-а!!! Путана подзаборная! Мессалина! В массовку пойдешь, бл..! В костюмерши! В уборщицы! Вообще из театра вон! В миру растопыривайся, дрянь такая! Актриса, твою-у ма-ать!!! Иметь таких актрис не переиметь в любой общаге! Яду мне! «Столичной» стакан! Как нету? А что есть? Чача? Уроды! Отравители! И давайте, давайте вторую сцену сейчас же, пес с вами со всеми!

Вторая сцена? Ах он, бедняга! Он из-за своей колонны не видит того, что вижу я, а именно: Леночка любезничает с генералом. Уж и букет принят благосклонно, и лепестки подсолнухов ласкают нежный подбородок.

Вторая сцена? Вот она – на каменных ступеньках, ведущих к бельведеру, где разыгрывалась сцена первая.

Генерал снимает фуражку и, чуть покачнувшись, целует руку чаровнице. Та смеется мелодично, на миг кладет ладонь на роскошный, шитый золотом, генеральский погон:

– Вы пьяны?

– Не столь вином, сколь вами, – выдает он затасканный, но ожидаемый комплимент.

– Взволнованы?

– Как перед первым полетом!

– Какой же нынче полет?

– Первый и последний!

– Вы так неопытны?! Не ожидала. Не разочароваться бы…

– Смеетесь?

– Размышляю. Что же мне с вами делать?

– Не сомневайтесь. Я готов… Все, что пожелаете…

– Желаю комплиментов. Для начала. Вы умеете?

Комплименты! Кто-то из великих умов, помнится, рекомендовал всегда говорить женщине, что она не такая, как другие, если хочешь получить от нее то же, что и от других. Что-то в этом роде. А что же наш генерал?

– Я не видывал глаз прекраснее ваших! В них можно утонуть!

– Ну-ну!..

– А носик…

– На нем можно повеситься? – куражится Леночка.

– Смеетесь? Смейтесь, смейтесь! Мне нравится ваш смех. Он как бархат, прямо шелковый!

– Хм, не шедевр… Попробуйте еще!

– Вам очень идет эта прическа! Вам пойдет любая прическа!

– Еще бы! Совершенно не представляю себя лысой!

– Я тоже! Я был сражен, едва увидев вас! Что за тайна в вас сокрыта?

– Я просто обязана вам сознаться, что похожа на далекую, одинокую звезду… Далекие звезды всегда таинственны, не правда ли?

– Лечу к звезде!

– Тогда не будет тайны!

– Ну уж… Не поверю!

– Зачем же тогда лететь, если не раскрывать тайн?

– Погрузиться в таинственное! Вы так играли! Никогда не видел ничего более… более гипнотического. Звезда Венера… Облака-туманы… Вулканическое кипение страсти… Я ваш пленник. Хочу стать вашей тайной.

– Первой и последней?

– Если не первой, – слегка смущается генерал, – то хотя бы последней.

– А вам палец в рот не клади!

– Ну отчего же! Буду счастлив! Ваш пальчик… Позвольте… И второй, и третий, и мизинчик…

– Что же вы? У меня и на другой руке пальчики есть.

– Вам машут. Пора на сцену?

Генерал обижен и разочарован.

– Не убивайтесь вы так! Надоел мне этот спектакль! Буду играть для вас одного и только то, что захочу. Вы не против?

– Я – против?!! Я здесь для того, чтобы вас похитить.

– Так похищайте без лишних слов!

– За вами, кажется, погоня?

– О, господи, бежим! – смеется Леночка.