Читаем Сны о свободе полностью

Антоний снова замешкался. Эта девушка угрожала ему со странной, ни на чем не основанной уверенностью. Но что она может ему сделать? Ведь она совсем одна! Может быть… она колдунья?

При этой мысли Антоний слегка похолодел.

Вздор! Колдуньи, ведьмы – все это лишь детские сказки и глупые поверья.

Беженка отвела руку назад, чтобы замахнуться для удара. Антоний, опытный боец, на этот раз опередил ее и крепко сжал ее запястье. Девушка принялась вырываться, но, что удивительно, даже не пыталась звать на помощь.

Отчаянное сопротивление беженки испортило Антонию настроение. Он был воином, и драка с женщиной стала бы для него бесчестьем. Но все же проучить эту дерзкую беженку было уже просто необходимо.

Неугомонная девушка вцепилась пальцами ему в грудь, и Антоний почувствовал на коже жжение – беженка умудрилась в кровь его исцарапать.

– Остановитесь! – вдруг приказала беженка твердым, уверенным голосом.

Антоний удовлетворенно усмехнулся:

– Поняла, что лучше сдаться?

Но беженка пропустила его вопрос мимо ушей. Она с чувством собственного достоинства подняла голову и заявила:

– Перед вами стоит Андромеда, княгиня Востока и наследница герцогства Ла-Шерле!

От неожиданности этого заявления Антоний опустил руки и в растерянности отступил на шаг. Сама девушка все еще тяжело дышала, но с вызовом смотрела ему в глаза.

– Это, конечно, умно, – выдавил Антоний и покачал головой. – Надо же! Еще одна Андромеда!

Беженка, казалось, удивилась его ответу:

– Еще одна? – спросила она уже спокойно. – Как… еще одна?

Антоний фыркнул:

– Думаешь, ты одна решила выдать себя за потерянную жену узурпатора? За последнюю неделю славные дома севера просто заполнились «прекрасными княгинями». И те женщины хотя бы немного похожи на подлинную княгиню Андромеду. У жены узурпатора светлые волосы, если ты не знала.

Разговор с беженкой не входил в планы Антония. Так или иначе, эта хитрая девушка все-таки обвела его вокруг пальца. Она остановила его не силой, а словами. Ее спокойный тон подействовал на Антония и остудил его пыл.

– Я изменила внешность, чтобы скрыться от князя Мэруина, – тихо сказала беженка.

Девушка прислонилась к стене и опустила взгляд в пол. От ее уверенности и смелости не осталось и следа. Эта ложь про Андромеду почему-то лишила ее последних сил.

Глядя на изможденную девушку, Антоний ощутил укол совести. Эта беженка лишь спасалась от узурпатора. Она искала приют на севере, как и многие другие беженцы. Она не виновата в том, что судьба завела ее в приграничную крепость. Эта беженка… она и вправду чиста, и вправду благородна. В отличие от многих других девушек, к которым привык Антоний.

Ему вдруг захотелось утешить ее, искупить вину.

– Присядьте, – Антоний с удивлением заметил в своем голосе просьбу. – Я обещаю, что не причиню вам зла.

Антоний отошел от беженки, но та не сдвинулась с места и даже не подняла на него взгляд.

Долгое время они молчали. Тишину нарушали лишь треск поленьев и завывания ветра, который проникал сквозь оконные щели и легким холодком пробегал по спине Антония. Постепенно пламя в камине угасало. Тени в комнате становились все громаднее и зловещее, а звезды за окном – все ярче. Антоний, не дождавшись ответа девушки, отвернулся от нее и принялся рассматривать загадочный рисунок звезд.

Какая странная, глупая ночь! Он не смотрел на ночное небо вот уже десять лет, с тех пор как мальчишкой покинул рыбацкую деревню. А эта как снег на голову свалившаяся девушка заставила его вновь обратить взор к звездам. Вернуться и вспомнить, как он с друзьями мог ночи напролет проводить на причале, на крыше дома или посреди озера, если удавалось незаметно взять чью-нибудь лодку. Они могли часами мечтать о далеких путешествиях или рассказывать друг другу неправдоподобные, но захватывающие сказки о скупых богачах и глупой знати. Тогда… в детстве… он смеялся над теми, кто одержим богатством и женщинами. Он мечтал о настоящей любви и скромной судьбе матроса, блуждающего по неизведанным морям и океанам.

Как сильно все изменилось! Прошли годы, и он почему-то преуспел в том, что раньше высмеивал. В отличие от этой девушки, которая, похоже, сумела сохранить в душе чистоту.

Антоний снова взглянул на беженку и обнаружил, что она тоже смотрит на ночное небо. В ее глазах читалась грусть, а лицо выражало мечтательность. Неужели… неужели он нарушил ее планы, убил ее мечту?

– Мое имя действительно Андромеда, – печально повторила беженка. – И некоторое время назад я и в самом деле была супругой князя Мэруина. Узурпатора, как вы осмелились выразиться.

Антоний молчал. Он не собирался спорить с этой девушкой. Пусть она лжет, а пусть и в самом деле возомнила, что она супруга узурпатора. Антоний лишь хотел, чтобы она успокоилась и пришла в себя.

– Я родилась и выросла в герцогстве Ла-Шерле. Вот это колье, – беженка показала на серебряное ожерелье, на котором сверкала подвеска в форме спиральной морской раковины, – родовая реликвия моей семьи. Я единственная наследница ныне правящего герцога, и поэтому оно перешло ко мне.