Читаем Сновидица и лис полностью

Огонек кривовато усмехнулся. Йена не рассказала о нем, а значит, не доверяла эльфу до конца. Стоило учесть ее желания и тоже промолчать.

— Это тебя не касается, ушастый! — отрезал он. — Запомни, ты жив только потому, что возможно сможешь найти мне Йену. А когда найдешь — мы с ней уедем отсюда, и ты больше ее не увидишь.

— И как же я должен ее найти? — язвительно прошипел эльф. — Если она действительно в Гипносе, вытащить ее оттуда невозможно!

— То есть,… — Огонек сделал многозначительную паузу, — ты бесполезен и можно прирезать тебя прямо сейчас?

— Н-нет, — задумчиво протянул его собеседник, — Йена не одобрит моего убийства, когда вернется.

Огоньку не понравилось отсутствие страха в серьезных, слегка обеспокоенных глазах его противника. Виданное ли дело, его грозятся убить, а он сидит с каменным лицом, будто за карточной игрой! Стоило проучить гада! Но мысль о Йене прервала кровожадную цепочку его мыслей и Огонек медленно снял руку с рукояти кинжала. Она действительно не одобрила бы бессмысленной жестокости.

Да и в конце концов, они оба переживали за девушку. Стоило сотрудничать с временным соперником хотя бы из чувства солидарности. Отношения выяснить они смогут и позже. А сейчас стоило сосредоточиться на текущем положении вещей.

— Ты думаешь, она вернется? — смягчившись поинтересовался дух, стараясь не впускать в сердце ложную надежду.

— Я в этом уверен! — прокряхтел эльф, — С ее то характером! Я поставлю маяк по остаточному следу портала. Это вернет ее на это самое место, когда она снова откроет проход.

На том и порешили. Общаться больше было не о чем и раздраженный неудачей Огонек оставил эльфа колдовать, а сам снова отправился в Гипнос на поиски.

Мир снов уже в который раз встретил его холодом и одиночеством. Не чувствуя привычного тепла ее души, он понемногу впадал в отчаяние. Блуждая по переменчивым просторам родного мира, он часами звал ее, все еще надеясь на чудо. Наконец, совершенно разбитый, он вернулся в их хижину, а точнее ее копию в Гипносе. Это было их тайное убежище, место, всегда остававшееся неизменным, куда другим сновидцам путь был заказан.

Он медленно опустился на мягкую травку, подставляя лицо приятному солнечному свету. На какое-то мгновение он представил, что это ее теплые ладошки гладят его по щекам и нежно улыбнулся собственным мечтам. Он любил ее всегда, правда за последние несколько лет чистая, светлая любовь совершенно преобразилась. Все чаще он мечтал о ее прикосновениях, поцелуях и ласках. Он долго не понимал этих новых чувств, пока не появился этот проклятый эльф. И вдруг, совершенно неожиданно в страстном, наполненным желанием взгляде Фирласа, он увидел отражение собственных чувств.

Он любил ее, как мужчина любит женщину. Страстно, на грани безумия, желал ее. Но, вопреки пылавшему в душе пожару, сердце его сковывал ледяной страх. Он боялся напугать ее, обидеть. Ведь никто кроме него не знал, за что Йена так боится мужчин. Что, если открывшись, он потеряет ее навеки?!

И страх пересилил. Решительно отбросив лишние эмоции, Огонек дал себе слово оставаться ее другом и защитником. И может быть спустя время, она увидит в нем нечто большее?!

***

По возвращении его ожидал неприятный сюрприз. Открыв глаза в мире живых, он очутился в незнакомом лагере, разбитом на месте их вынужденной стоянки. Темно-красные полотна палаток трепал ледяной горный ветер. Посреди лагеря стоял большой шестигранный шатер из темного материала. На высоком флагштоке над ним развивался незнакомый флаг, изображавший стилизованный закрытый глаз с горизонтальным мечом на месте зрачка.

Огонек сделался невидимым. Стоило найти эльфа, и поиски свои он решил начать как раз с главного шатра, когда тяжелый полог откинулся, выпуская двух мужчин в доспехах, тащивших под руки избитого Фирласа. Остроухий был без сознания, но жив. Похоже, нужной информации из его уст они не услышали. Скажи он все — его тут же убили бы. С лисами никто не цацкался. А в том, что эльф принадлежал к этой кучке сумасшедших мстителей, усомнился бы только слепой.

Проследив мрачным взглядом за эльфом, Огонек на всякий случай запомнил, в какую палатку его унесли, а затем двинулся дальше в шатер. Помочь ему он никак не мог, а вот выяснить, что это были за люди, и как вести себя дальше, было необходимо.