Читаем Сновидица и лис полностью

— Милое дитя, — проворковала старуха, — мне жаль, что не получилось привести тебя в нормальный вид перед обменом, но ничего. Не сомневайся, я буду бережно ухаживать за твоим прекрасным телом.

— Почему бы тебе не поухаживать за ним сейчас и не отпустить меня, бабуся? — огрызнулась Йена.

Противный каркающий смех вырвался из груди Многоликой.

— Дерзкая… это хорошо. Тем интереснее. Приступим же, мне не терпится.

С этими словами старуха вынула из-за пояса тонкий ажурный стилет, покрытый вязью незнакомых букв. До слуха Фирласа донеслось неразборчивое бормотание, в котором он с удивлением узнал древнее наречие своего народа. То самое, на котором было составлено заклятие для приручения дракона. Что бы ни делала эта женщина, это была старая и очень сильная магия. Он готов был хоть сейчас сорваться спасать Йену, если бы не рука Огонька, мертвой хваткой вцепившаяся ему в плечо.

Тем временем старуха уверенно провела стилетом по своему запястью, размазывая кровь по тонкому клинку. Светлый металл окрасился красным и замерцал, переливаясь от белого к светло-розовому. Его сердце замерло, когда она занесла светящийся стилет над распростертой на алтаре девушкой. Захотелось отвернуться, но он продолжал внимательно следить за каждым движением. Вот оружие замерло в полуметре от часто вздымающейся груди его спутницы. Вот клинок рванулся вниз и… В тот же миг был перехвачен.

Пока старуха читала заклинания, Йена не бездействовала. Она успела высвободить руку из двимерита и теперь просто подловила для атаки самый неожиданный момент. Многоликая вскрикнула, когда тонкие пальцы сомкнулись на ее руке, выворачивая ее за спину. А уже через секунду девушка, пружинисто вскочившая на ноги, вогнала стилет в незащищенный живот культистки по самую рукоять.

Старуха захрипела, судорожно хватая ртом воздух, и повалилась на холодные каменные плиты, роняя на древний рисунок капли крови. Снаружи раздался протяжный драконий рык, на этот раз больше похожий на вопль. Зверь знал, что случилось с хозяйкой и, судя по всему, спешил ей на помощь. Не мешкая, Йена стащила с культистки серебряный браслет и надела его на вторую руку.

В тот же миг Фирлас почувствовал, как хватка Огонька исчезла. Он обернулся и к своему ужасу обнаружил своего охранника бездыханным на полу. И только сейчас заметил, что остальные безликие валялись точно такими же бесформенными кучками.

Рядом мелькнула рыжая тень. Это Йена бросилась к цепям, удерживающим остальных пленников. Одна за другой лопались звенья, стоило ей лишь по-особому повести рукой. Фирлас хотел попросить у нее один из браслетов, когда площадку неожиданно накрыла огромная тень.

Шумно работая крыльями, над ними завис дракон.

— Приготовься, я попробую его зафиксировать! — крикнула Йена, стараясь перекричать создаваемый зверем шум.

И, не дождавшись ответа, метнулась к центру площадки. Там, облокотившись на алтарь и зажимая рукой рану в животе, стояла Многоликая. Ее губы шевелились, читая заклятие. И она довела бы до конца начатое, не попадись на глаза Йене. Девушка, проходя мимо, лишь двинула культистку локтем, от чего та без сознания повалилась на пол, прервав заклятие.

Дракон оживился. Одним мощным взмахом крыльев зверь поднялся под самый свод, на ходу разворачиваясь к выходу. Его звала свобода. Однако, уже через секунду его сапфирово синее тело охватил плотный поток воздуха, похожий на смерч, и дракон забился, усиленно размахивая тяжелыми крыльями в безнадежной попытке удержаться на лету. Фирлас нашел глазами Йену и ошарашенно привстал, игнорируя боль в сломанной конечности.

Девушка танцевала. Легкие, будто воздушные, движения порождали мощную воздушную воронку, удерживающую крылатого зверя в воздухе. Бирюзовые глаза горели азартом, на губах застыла легкомысленная улыбка. Но подивиться ее мастерству он мог и позже, а сейчас его ждал долгожданный дракон. Фирлас уверенно встал и поковылял вперед, на ходу вспоминая слова древнего наречия.

С первыми же звуками заклятия, дракон взбешенно дернулся и еще яростнее захлопал крыльями. Еще бы, только избавился от одного хозяина, как тут же на его свободу покусился другой. Но разорвать прочные стенки воздушной воронки зверь был не в силах.

Фирлас закончил уже треть заговора, когда краем глаза заметил какое-то движение. Не прерывая чтения, он слегка повернул голову и с ужасом отметил, как безликие стали приходить в себя. Отряхнувшись от сна, культисты сразу хватались за оружие. Йена тоже заметила опасность и теперь вопросительно смотрела на него, ожидая его решения. Либо она отпускает дракона и обороняется, либо продолжает держать зверя, но в итоге погибает от рук культистов. Одно из двух — смерть и дракон, или жизнь и любовь. Выбор был до невозможности сложен. Фирласу даже показалось, что на миг застыло само время.