Читаем Сновидица и лис полностью

— Дай угадаю, тебе нужно что-то найти?

Я утвердительно кивнула.

— Где-то в этом доме находится тайник, а в нем лежит синий камень. Он мне очень нужен.

— На это понадобится время. Я думал, ты хочешь побыстрее найти эльфа.

— Да, потому пока ты ищешь камень, я пойду за Фирласом. Он пошел на север, уж не знаю зачем.

Нави нахмурился, но спорить не стал. Просто коротко обнял меня на прощание.

— Береги себя, малышка! Я найду тебя.

Я кивнула, подхватила под уздцы лошадь и направилась к северному выходу из деревни следуя отчетливым следам Фирласа на сером пепле.

Наскоро сверившись с картой, я обнаружила единственное в этой местности человеческое поселение немного севернее Рилеина. До него было рукой подать. Какие-то два-три часа пешком. На лошади и того быстрее! Именно туда Фирлас направился творить свою месть, больше некуда! Это знание было даже не на уровне интуиции, наоборот, я была абсолютно уверена в правильности выбранного направления.

Через пару минут я была уже в седле. Стоило поторапливаться, ведь мой мужчина в таком состоянии был способен на что угодно.

По пути из головы не шли ужасные картины, где Фирлас разрушает чужие дома, поджигает людей, а порой и сам оказывается на таком же столбе, как и его брат! Я, как могла, гнала из головы ужасы, а где-то в глубине сознания, загнанная поглубже, продолжала тлеть чужая ненависть вперемешку с моим собственным беспокойством.

И все же, картина, обнаруженная у ворот человеческого поселка (несколько покосившихся домиков и деревней то назвать было сложно), превзошла любые мои фантазии.

Прямо у опаленных деревянных створок на земле валялась груда мяса и костей вперемешку с обрывками одежды и оружия. Я невольно зажала руками рот и быстро засопела, всеми силами стараясь удержать в желудке его содержимое. Только магия пустоты была способна сотворить с людьми подобное. Похоже, Фирлас не удержался от ее использования, а значит, сейчас находился в совершенно невменяемом состоянии.

Мне вспомнилось полуразрушенное поместье и растерзанные им в приступе гнева эльфы, его сородичи и товарищи. Его глаза тогда были совершенно безумны. Не знаю, каким чудом удалось его успокоить! А главное, сработает ли это сейчас?

Сердце сжалось от боли и сожаления. Я должна была попробовать, ради него, ради нас. Если я его не успокою, то это не удастся больше никому, и он пойдет мстить всем людям подряд и в итоге его в лучшем случае сожгут на костре рыцари-тихони. А в худшем… По спине пробежался холодок страха, но отступать было некуда.

Продолжая глубоко дышать, чтобы подавить приступы тошноты, я медленно шагнула вглубь поселка. Единственная улица оказалась буквально завалена трупами, а точнее растерзанными в клочья частями тел. Старательно отводя глаза от красных пятен, я кралась за домами, внимательно высматривая любые признаки жизни. Над деревней витала тишина, казавшаяся зловещей.

Резкий звук заставил меня подпрыгнуть на месте. Истошный вопль разнесся по пустынной улице, мгновенно дав мне понять, где сейчас эльф и чем он занят. Мужчина продолжал орать, поэтому я не сразу услышала тихий детский плач в одном из домов. Я стрелой метнулась туда. На полу сидел перемазанный кровью малыш и тихо плакал. Сколько лет было ребенку, я понятия не имела. Я вообще в детях мало разбиралась. Единственное, что меня сейчас волновало это его состояние.

Я внимательно ощупала маленькое тельце на предмет повреждений. Ребенок был цел, но его мелко трясло, а глаза были устремлены в одну точку. На меня он никак не реагировал, из чего я сделала заключение, что малыш в шоке. Возможно, оно и к лучшему, хоть не будет помнить всего этого ужаса! Я быстро стащила с плеч теплую шерстяную накидку и, понадежнее укутав ребенка, взяла его на руки. Нужно было унести его в безопасное место, пока разбушевавшийся Фирлас его не заметил.

Удивительно, но очутившись в тепле и на руках, малыш мгновенно заснул. Я получше перехватила непривычную ношу и аккуратно двинулась дальше позади домов, не рискуя больше выходить на улицу. Через пару минут, я добралась до небольшой круглой площади, со всех сторон окруженную деревянными хижинами. В центре в неестественно прямой позе стоял Фирлас, и его тело, казалось, источало тьму. По крайней мере, я видела темный ореол, очерчивающий его долговязую фигуру. Перед ним в воздухе висел человек, истошно вопивший от боли, когда черные щупальца пустоты двигались по его голой груди, оставляя на ней тонкие ярко-алые порезы. Я не видела лица моего aine, но чувствовала его холодную ярость. Она тяжелым грузом давила на сердце, не давая нормально дышать. Вмешиваться сейчас было нельзя! В таком состоянии он бы меня просто не услышал.