Читаем Снова убивать полностью

– Разумеется, – ответил я, будто все шло как надо. – Все равно им пришлось бы вас допросить, рано или поздно. Ничего не бойтесь. Я буду рядом, а вы спокойно расскажите все как есть. Их там трое. В вечернем костюме, с громким голосом – комиссар полиции Хомберт; с тонким носом и злющими глазками – окружной прокурор Скиннер, а большой такой дядя, который смотрит на вас добрыми честными глазами, но думает при этом неизвестно что, – это инспектор Кремер.

– Господи! – Клара Фокс откинула со лба волосы и поднялась.

– Все в порядке. – Я улыбнулся пошире. – Ну что ж, пошли.

Я открыл дверь и следом за ними спустился вниз.

Когда мы вошли, все наши гости одновременно повернулись к двери. При виде мисс Фокс Скиннер встал, а следом за ним встал Хомберт, который даже пытался придвинуть девушкам кресла. Я их переставил, пока Вулф говорил, кто есть кто. В мое отсутствие он успел позвонить Фрицу и налить себе пива. Я заметил, что платка у него в кармане нет, и достал из ящика свежий.

– Значит, вы и есть Клара Фокс, – произнес Кремер. – Где вы были сегодня утром?

Она бросила взгляд на Вулфа. Он кивнул. И она ответила:

– Я была здесь.

– Здесь? Все утро?

– Да, я не выходила из этого дома со вчерашнего вечера.

Кремер тупо уставился на Вулфа:

– Вы что, дали взятку Роуклиффу?

– Нет, сэр. – Вулф покачал головой. – Мистер Роуклифф сделал все, что мог, но мисс Фокс было трудно найти. Не вините своих людей. Сейчас важно, что трое из нас могут присягнуть в том, что мисс Фокс находилась в этом доме постоянно и, таким образом, не имеет отношения к убийству мистера Уолша.

– Черт побери! А мисс Линдквист?

– Мисс Линдквист приехала сюда в десять вечера. Она безвыходно находилась в доме в присутствии хозяев в другой части города. Можно ограничиться вчерашним вечером, а именно событиями, происшедшими до половины седьмого. Позвольте внести предложение. Для начала попросите мисс Фокс рассказать вам историю, которую она рассказала вчера нам, примерно в то время, в присутствии мисс Линдквист и мистера Уолша.

– Ну… Ладно, – сказал Кремер и посмотрел на Клару Фокс. – Прошу.

Мисс Фокс начала рассказывать. Сначала она сбивалась и нервничала, и я заметил, что всякий раз, начиная заикаться, она смотрит на Вулфа, который сидел, сцепив пальцы на животе и полузакрыв глаза. И всякий раз, посмотрев на него, она набирала побольше воздуха и двигалась дальше. Вопросов ей почти не задавали. Она прочла письмо отца, а когда закончила, Кремер протянул за ним руку, и она снова посмотрела на Вулфа. Тот кивнул, и она отдала письмо, а потом стала рассказывать дальше, сообщив даже больше подробностей, чем нам. Например, про свои первые письма Харлану Сковилу и Хильде Линдквист и про первую встречу с Майком Уолшем.

Наконец она добралась до маркиза Клайверса и до того момента, когда пятнадцать дней назад его на выходе из гостиницы узнал Уолш. Вот тут они в нее так и вцепились – не Кремер, а Хомберт и Скиннер, особенно Скиннер, – но и Кремер тоже время от времени вставлял вопрос. Скиннер понятно чего добивался и просто из кожи вон лез, чтобы сбить ее с толку. Он даже спросил, где же ее мать хранила письмо от отца, если мисс Фокс в первый раз увидела его лишь у смертного одра. При этом он вел допрос умно, неторопливо, оставаясь любезным, спрашивая об одном, а потом неожиданно забегая вперед и так же неожиданно возвращаясь к прежним вопросам. Но Клара Фокс уже справилась с собой и держала себя в руках. Я даже вспомнил, как днем раньше ей удалось сохранить самообладание в кабинете у Перри. Скиннер вдруг перевел разговор на пропавшие деньги. Она отвечала так же спокойно, но после вопроса этак десятого Вулф вдруг заерзал, открыл глаза и направил на окружного прокурора палец:

– Мистер Скиннер, прошу прощения. Вы теряете время. Пропавшие деньги действительно имеют отношение к делу, но позволю себе усомниться в том, что вы понимаете почему. Направление ваших мыслей абсурдно от начала и до конца, и это факт.

– Благодарю, – сухо проговорил Скиннер. – Если, исходя из ваших же слов, деньги имеют отношение к делу, то почему же оно абсурдно?