Читаем Снова наемник полностью

– Вот это, Васенька, – промурлыкал старик, – тебя никак не касаемо. Это уж позволь мне, старику, заботу об этом проявить.

Услышав в мягком голосе угрозу, Палусов, недовольно поморщившись, вздохнул.

– Ну что же, – кивнул он. – Если ты считаешь, что сможешь сам, то… Но, надеюсь, ты скажешь мне, кто они. А главное – на кого работали.

– Иди с миром, Васенька, – улыбнулся старик. – Это хорошо, что ты дозволяешь мне сие дело! А ты помни, – вдруг жестко закончил он, – что провалить главное мы не имеем права! Ежели не найдешь исполнителей, сам пойдешь.

Вспыхнув и бросив быстрый взгляд на удивленного Зомби, Палусов быстро вышел.

– И ты ступай, Саша, – повернулся к нему старик. – И не спускай глаз с него.

Ничего не понимающий Зомби, кивнув, вышел. Глаза старика неожиданно полыхнули бешенством. Стукнув толстым кулаком по столу, он оторвал листок настольного календаря.

– Осталось совсем немного, – чуть слышно проговорил он. – На этот раз я не могу ошибиться. Потому жить мне осталось совсем мало.

– Ничего себе, – догнав быстро идущего Палусова, пораженно проговорил Зомби. – Чего он о себе возомнил? Пуп земли, – с усмешкой добавил он.

– Найди Серова, – приказал Палусов, – и убей. Впрочем, – резко остановившись, повернулся к почти уткнувшемуся в него Зомби, – привезешь его ко мне. И еще мне нужен Мурзаев!

– Мусора не смогут связать это с нами, – успокаивающе проговорил рослый кудрявый парень. – Те, кто остался на шхуне, – новички. Все не местные. Правда, один из наших, Тюлень, пропал. Говорят, он хотел Кинг-Конга найти. И больше его никто не видел.

– А зачем ему Кинг-Конг? – спросил Мурзаев.

– Да он его братана года два назад шлепнул, вот Тюлень и хотел рассчитаться с ним. А…

– Значит, и его Кинг-Конг шлепнул, – подытожил Мурзаев.

– Да нет, Кинг-Конга мертвого мусора нашли.

– Где? – вдруг весело спросил Сахид.

– На трапе к каютам.

– В общем так, – шагнув к двери, сказал Сахид. – Кто бы меня ни спрашивал, меня в городе нет. Куда уехал, не знаешь.

Сидя на камне, Серов полными безысходной тоски глазами смотрел на разложенные на другом плоском камне фотографии. Закрыл лицо руками и замычал. Раскачиваясь из стороны в сторону, не отрывая рук от лица, глухо выматерился, потом шумно выдохнул воздух, встал.

– Ну что же, духи! – прошептал он. – Вы меня имели за придурка. Держали на короткой цепочке. Теперь все! Она порвалась. А мальчишки? – простонал он. – Где они? Может… Нет, Надя не оставила бы их. Все, – зло выдохнул он. – В атаку! На Петропавловск у меня три дня. Потом Москва – сутки. И Ялта. Сейчас спать.

Он снял мокрую одежду, тщательно выжал и опять надел. Собрал фотографии, вложил их в пластиковый мешочек. Наступая на камни, чтобы не оставлять следов, пошел в сторону темнеющей полосы деревьев. Слышал справа журчание воды, по камням пошел в ту сторону. Дойдя до широкого ручья, вошел в него и по воде двинулся вверх, в сторону леса. По колено в воде добрался до нависших над ручьем толстых ветвей лиственницы. Подпрыгнув, ухватился за одну. Легко подтянулся и залез на дерево.

– Но я думала, – растерянно проговорила в трубку Алевтина, – что он сам хочет поехать. Я не предполагала…

– Ты слишком много на себя берешь, – перебил ее жен-ский голос. – «Она думала». – Голос в трубке звучал ехидно. – Тебе деньги не за это платят. Почему ты до сих пор ничего не узнала?

Глаза Алевтины вспыхнули злым торжеством. Но голосом не выдала злорадства.

– Он не доверяет никому, – немного обиженно сказала она. – Думаешь, каково мне с ним в постель ложиться, с недомерком этим? Но он…

– Вот что, Елкина, у тебя осталось не так уж много времени! Нам нужно знать, где он хранит это. И сколько их у него. Кстати, что там с Буниной?

– А вот тут я вообще ничего понять не могу. Она убила троих его людей, ранила Шерифа, меня. И – ничего, понимаешь? Он ей ничего не сделал. Я предполагаю, что он хочет как-то использовать ее, чтобы связаться с Буниным. Правда, не пойму, зачем ему это. – Алевтина, будто собеседница могла ее видеть, удивленно пожала плечами.

– Скорее всего ты просто чего-то не поняла, – раздраженно сказал голос в трубке. – С Буниным у него старые счеты. И известно, что он хочет заплатить их сполна. Но то, что с Буниной он обходится так, как ты говоришь, это странно. Впрочем, не это главное, куда важнее другое. Я понимаю твое желание разделаться с Буниной. Но всему свое время. У тебя будет такая возможность, и гораздо быстрее, чем ты думаешь. А что с Владивостоком?

– Туда должен был поехать Шериф, – ответила Елкина, – но эта стерва его подстрелила. Правда, вскользь. Он отправил туда Купина. Но Купин согласился весьма неохотно. Так что, думаю, он ничего там сделать не сможет.

– С Фигаро надо кончать, – помолчав, сказали в трубке. – Он мешает. Впрочем, тебя это не касается. Мне пока не звони. И будь осторожнее. Здесь произошло что-то непонятное. Кто-то напал на шхуну Палусова. Убита его дочь. Человек, который должен был…

– Что должен был? – спросила Елкина.

– Все. Постарайся выяснить то, зачем ты там.

Услышав короткие гудки, Алевтина положила трубку.