Читаем Снова надейся полностью

Я знала, что рисковала, передавая свое прошлое в тех текстах. Однако притворяться, что я выдумала все эти вещи, – это нечто совершенно иное, нежели по-настоящему об этом говорить. Мы с Ноланом уже рассказывали друг другу о личном, и если на свете и существовал человек, с которым я бы хотела поделиться своей самой большой тайной, то это он. В то же время я боялась, что после этого он вновь перестанет обращать на меня внимание.

– То, как ты сегодня со мной общался… было больно, – произнесла я охрипшим голосом.

– Прости. Я думал, так будет лучше, но врал сам себе. После твоего текста… Я просто хотел сказать тебе, что я рядом. Если тебе захочется поговорить, или отвлечься, или просто не оставаться ночью одной, – так тихо продолжал он, что я еле его понимала. Одновременно казалось, что он проорал эти слова, потому что они эхом отозвались у меня в голове, и, похоже, я никогда уже не смогу их забыть.

Я важна ему.

Он переживал за меня.

Я вспомнила письмо, в котором он предлагал мне поговорить. Уже тогда я опасалась, что он догадается, как много реальности крылось в моих сочинениях, поэтому твердо решила игнорировать его предложение. Одна мысль о том, чтобы обсуждать с кем-то мое прошлое, казалась мне абсурдной. Но сейчас… сейчас я спрашивала себя, не пришло ли время рассказать Нолану правду.

– Мои тексты… – шепотом начала я и откашлялась: – Они не выдумка.

Еще никогда я не чувствовала себя настолько эмоционально уязвимой, как в этот момент. Я крепко зажмурилась, и по телу пробежала неприятная дрожь. Плотнее завернувшись в кардиган, я судорожно вцепилась в ткань.

Было слышно, как Нолан несколько раз вдыхал, как будто собирался что-то сказать, но заговорил лишь через некоторое время:

– Мне невероятно жаль, что с тобой такое произошло.

– И мне. – Чудо, что я вообще сумела что-то на это ответить. Мы словно опять балансировали на той границе между нами. И в этот раз я определенно не единственная, кто сделал шаг вперед.

– Я уже давно беспокоился о тебе, но хотел уважать твое решение не говорить об этом. А теперь меня мучает вопрос, не было ли это ошибкой.

– Не нужно беспокоиться. Это случилось давно, – запинаясь, объяснила я.

– Помоги же мне, Эверли, – пробормотал он.

– Хм?

– Я не знаю, о чем можно спрашивать, а о чем – нет. Что нормально, а что – нет. И прежде всего – чего желала бы ты.

Несмотря на то что в данный момент мы обсуждали тему, которая казалась мне хуже всего на свете, я чуть не улыбнулась.

– И вот мы снова вернулись к желаниям.

Он издал приглушенный смешок.

– Ты, я и желания. Бесконечная история.

Последовавшая тишина не была ни напряженной, ни неприятной. Теперь я понимала, почему он так от меня дистанцировался. И хотя я не считала, что это в порядке вещей, он вновь разрушил ту стену, что возвел между нами. Он на другом конце линии. Он со мной. И я наслаждалась этим чувством, пускай в то же время оно меня и пугало.

– Я желаю, чтобы ты не вел себя со мной иначе только из-за того, что теперь узнал.

– Это я могу исполнить, – мгновенно откликнулся Нолан.

– Никому из моих друзей об этом неизвестно, – продолжила я. – И все обязательно должно остаться так же.

– Хорошо. – На заднем фоне послышался шелест бумаги. И против собственной воли я представила себе, как он сидел за своим письменным столом, все пальцы в чернилах, разложив перед собой множество листов. Представила себе его задумчивое выражение лица. То, как слегка кривились его губы, как хмурились его брови, как он с отсутствующим видом задумчиво смахивал прядь волос со лба. – Могу я что-нибудь сделать для тебя? Ты не хочешь поговорить об этом?

Я покачала головой:

– Думаю, сегодня я говорила уже достаточно. Но спасибо. – Я позволила части напряжения уйти из моего тела и медленно опустилась спиной на подушки.

– Из-за этого у тебя проблемы со сном? – тихо спросил Нолан.

Я согласно пробурчала:

– Бывало и хуже. Это едва не стоило мне окончания старшей школы.

Пару секунд он молчал. Потом кашлянул.

– Знакомо, – наконец ответил он.

Навострив уши, я притянула ноутбук чуть ближе к себе.

– Я заметила, что по ночам ты отвечаешь чаще всего, – сказала я, помедлив.

– Уже несколько лет я плохо сплю.

– Почему? – Эти слова вырвались сами собой, будто больше не существовало границ между тем, о чем мы разговаривали, и тем, чего обычно не касались.

На заднем плане вновь раздался негромкий шорох. Нолан шумно вдохнул.

– Несколько лет назад у меня выдался довольно сложный период. Это оставило свои следы.

Нолан всегда вел себя так открыто и постоянно был в хорошем настроении… никогда бы не предположила, что он тоже сражался с демонами из своего прошлого. Я сразу отругала себя за эту мысль. Моя мама и Доун – лучший пример того, что можно быть веселым и бодрым, даже если прошел через тяжелые времена. Видимо, с Ноланом все было примерно так же.

– Если хочешь поговорить, я рядом. Просто, чтобы ты знал, – тихо произнесла я. Возможно, он не будет вдаваться в подробности, но я решила все равно это озвучить. Просто на всякий случай.