NoGa: Почему твоя мама думает, что ты хочешь открыть вместе с ней литературное агентство, если тебе, очевидно, не слишком нравится эта идея?

Вздохнув, я ощутила покалывание в пальцах, и одновременно с этим в области живота что-то болезненно сжалось. И внезапно это случилось, будто прорвало плотину: правда полилась сквозь мои пальцы прямиком в белое окошко нашего чата.

Pengirl: Я всегда любила литературу. Никогда не возникало сомнений, что однажды я пойду по маминым стопам и тоже стану редактором. Мы так долго вынашивали этот план, что мне даже в голову не приходило пойти на попятный. Но чем ближе окончание университета, тем больше все во мне этому противится… я даже не знаю. Не могу правильно объяснить.

Какое-то время на мое признание не было никакой реакции. Потом Нолан что-то напечатал и остановился. То же самое повторилось несколько раз, прежде чем следующая его фраза появилась у меня на дисплее.

NoGa: Думаю, я понимаю, что ты имеешь в виду.

NoGa: К сожалению, как ни старайся, одним лишь усилием воли других людей не осчастливишь. Тем более если сама будешь страдать от этого.

У меня сжалось горло. Я точно не поняла, как в нашем разговоре произошел такой поворот, но вдруг меня охватили слабость и дрожь. Пальцы осторожно легли на клавиатуру, а затем поле ввода заполнил еще один из моих секретов.

Pengirl: Но моя мама и так уже через многое прошла. Не хочу делать ей еще больнее.

Я закрыла окно программы и только тогда смогла глубоко вдохнуть. От нервов холодели руки. Поверить не могу, что действительно только что призналась в этом Нолану.

Символ «Скайпа» мигнул. Я вновь развернула окно.

NoGa: Жаль это слышать.

NoGa: Это как-то связано с текстами, которые ты пишешь в «Писательской мастерской»?

Мое сердце пропустило удар, а я уставилась на экран. На это я не могла ему ответить. Ни за что не могу рассказать Нолану, что в тех текстах я описывала свое детство.

В отчаянии я соображала, что ответить на его сообщение, и в результате напечатала первое, что пришло в голову.

Pengirl: А может, мне тоже суждено стать литературным агентом и я просто пойму это гораздо позже, кто знает?

Pengirl: Кстати, я теперь начну читать рукопись, а домашнее задание отложу на потом… Спасибо, Нолан.

NoGa: Не за что.

Я сделала глубокий вдох, благодарная за то, что он понял непрозрачный намек и не стал допытываться дальше. Однако это не отменяло того факта, что своим вопросом он выбил меня из колеи.

NoGa: Как думаешь, сколько времени у тебя уйдет, чтобы прочесть первые главы?

Я ненадолго задумалась.

Pengirl: Как пойдет. А что?

NoGa: Просто я сейчас подумал, может, нам встретиться, чтобы вместе обсудить свои записи, когда будем готовы?

У меня участился пульс. После того как Нолан предложил обговорить наши заметки, прежде чем отправлять документ Доун, меня охватило разочарование. Я боялась, что теперь у меня будет меньше поводов с ним общаться.

Но это оказалось даже лучше наших постоянных переписок.

Нолан хотел встретиться со мной.

Он и я.

Вдвоем.

Не на занятии.

Очень медленно я напечатала ответ.

Pengirl: Да, конечно, давай. Когда ты свободен?

NoGa: Я могу по пятницам и вторникам. В остальные дни у меня занятия и консультации. В эту пятницу, наверное, слишком рано, поэтому, может, во вторник?

Pengirl: Во вторник у меня, к сожалению, не получится, сначала у меня занятия, а потом пробный день на работе.

NoGa: Новая работа?

Я послала смайлик, пожимающий плечами.

Pengirl: Надеюсь. Как выяснилось, найти подработку в Вудсхилле гораздо сложнее, чем казалось на первый взгляд.

NoGa: И где у тебя пробный день?

Pengirl: В новом тату-салоне в конце центральной улицы.

NoGa: Как интересно. Есть еще какие-нибудь таланты, о которых я до сих пор ничего не знаю?

Я улыбнулась.

Pengirl: Я не умею ни рисовать, ни делать татуировки. Это работа на ресепшене. Но все равно пожелай мне удачи.

NoGa: Удача тебе не нужна. Ты в любом случае их всех очаруешь.

Интересно, в курсе ли он, какой хаос породил своими словами? У меня внутри и без того все уже перевернулось с ног на голову. Я аккуратно перевела разговор обратно на нашу встречу.

Pengirl: Мне подошла бы эта пятница. Тогда придется прочитать текст сегодня ночью, но я успею. А ты?

NoGa: Вызов принят. Значит, пятница.

Мы договорились встретиться в кафе на кампусе, где перед его писательским курсом я всегда покупала себе матча латте. После этого мы оба взялись за книгу Доун. И хотя потом каждый из нас писал лишь о том, докуда дочитал, у меня было ощущение, словно этот вечер мы проводили вместе. Мое сердце не прекращало трепетать, даже когда я заснула.

Глава 7