Читаем Смутное время полностью

Сбоку появилась невысокая фигура, облаченная в плащ из листьев. Это было очень худое существо с длинными руками и ногами и торчащими в стороны острыми коленями и локтями, как у какого-нибудь насекомого. Ростом незнакомец был бы Сержи по грудь, если бы наемник стоял на земле, а в руках у странного создания была осиновая трость. Лицо существа было очень необычным и пугающим. Длинный, походящий на комариный хоботок острый нос, вероятно, являлся гордостью этого худосочного карлика, и кроме того, он был владельцем широкого лягушачьего рта и маленьких глазок без век – незнакомец не моргал.

– Не стреляй, человек! – проскрежетало существо, пристально глядя на нацеленный ему в голову наконечник арбалетного болта.

– Ты кто такой? – переведя дыхание, спросил пораженный Сержи. Кор так и замер в седле.

– Я эвив, один из лесных жителей, – представился носитель плаща из листьев. – Меня зовут Тилл.

– Зачем ты нас преследуешь?

– Я хотел помочь тебе, Сержинар Роун, потому что мне тебя жаль, – честно признался эвив, и от его прямоты по спине главаря наемников пробежал холодок. – Я сам пришел, я хотел сказать, что вам нужно немедленно возвращаться туда, откуда вы пришли.

– Я и сам знаю… – начал было Сержи, но лесной житель его перебил:

– Нет, не знаешь. Пока что. Вам нужно быстро уходить, а если не уйдете, не говорите потом, что старый добрый Тилл вас не предупреждал. Лес этот далеко не прост, сюда вас никто не звал. Что бы вы ни искали под этими кронами, оно станет вашей погибелью. – Эвив одарил наемника пристальным взглядом. – Уходи, Сержинар Роун, уходи, пока можешь.

– Я не могу, – процедил Сержи. – Контракт – это больше чем просто данное кому-то слово…

– Тогда не жалуйся, – вздохнул Тилл и повел кончиком длинного носа. – Я должен уйти, но помни, Сержинар Роун, что здесь тебе следует опасаться многих вещей: утреннего тумана, прозрачной воды, тишины, что звенит в ночи, сверкающей под луной паутины, но больше всего бойся цветущего чертополоха. Помни это.

Эвив развернулся, чтобы уйти.

– Зачем ты мне помогаешь, Тилл? – спросил напоследок Роун.

– Ты не хочешь идти дальше, но идешь. Мне жалко тебя, – последовал ответ, и странное существо исчезло в промелькнувшем на мгновение солнечном луче под деревьями. С ближайшего дерева осыпалось несколько листьев.

– Да уж… – пробормотал Кор. – Ваше командирство, я так понимаю, что Ринену не обязательно знать про Тилла?

– Верно понимаешь, Бочонок. Возвращаемся. И, Кор… держи ухо востро.

Наемник кивнул, и они поспешили догнать уже далеко ушедший караван. Их отсутствия никто не заметил…

Ночь обещала быть холодной. Под деревьями двигались тени, а луну закрыли сплошные черные тучи. Огонь костров подрагивал на ветру и нещадно грыз хворост.

Ринен снова что-то писал в своей тетради. Должно быть, составлял новые планы, как бы вывести из себя Сержинара Роуна или завести караван в очередную беду. И пусть до этого все вроде бы шло нормально, но… слова эвива не шли из головы немолодого наемника. Если уж его, старого бессовестного солдата удачи, кто-то пожалел, то дело действительно плохо. Наемник исподлобья взглянул на главного мага. Сгорбившись, мэтр Ринен сидел со своими тетрадями в стороне и, поднимая подчас подозрительный взгляд на коллег-ученых, все обмакивал перо в стоящую рядом чернильницу.

Сержи снова не мог заснуть. Туман выплескивался на опушку со всех сторон вместе с пронизывающим до костей холодом. Плащ не помогал, и наемник придвинулся ближе к костру. Да что же это такое? Огонь не грел совершенно…

За спиной вдруг послышался шорох. Сержи обернулся – никого. Сидящие в стороне воины, ученые, да и сам Ринен ничего не замечали, продолжая заниматься своими делами, вот только… почему они все застыли на своих местах? Почему, когда они говорят, их губы не движутся и даже перо чародея перестало скрипеть?

Кто-то легко коснулся его плеча, и Роун обернулся. И увидел рядом с собой два изогнутых жвала и восемь блестящих глазок. Паук размером с большую собаку глядел на него, перебирая мохнатыми лапками. Наемник потянулся за мечом, но чудовище имело несколько другие планы. Ринувшись вперед, паук упер все восемь лап в грудь человека и стал выплевывать ему на лицо мерзкую склизкую паутину. Нити стремительно оплетали бешено дергавшегося и пытавшегося кричать наемника, и вскоре он полностью оказался облачен в липкий белесый кокон. Паук склонился над лицом наемника, демонстрируя то, что было крепко зажато в изогнутых, как серпы, жвалах. Маленькая птичка била крыльями, обреченно пытаясь освободиться, но все было тщетно. Пернатый пленник исчез в пасти, лишь обглоданные серебристые перья разлетелись в стороны, а беспощадные жвала окрасились кровью.

– Ты сначала полюбуешься, человек, – прошипел ему в самое лицо паук, – а после и с тобой повеселимся. – Он указал куда-то в сторону…