Читаем Смутное время полностью

Лоргар Багровый влетел в зал и оказался прямо напротив разъяренного с виду старика. Некромант хорошо знал, что действительно вывести Тиана из себя может совсем немногое, поэтому не собирался верить в искренность показной ярости Архимага. Он просто схватился другой рукой за лезвие своего кинжала и резко дернул оружие, словно вырывая его из ножен. На ладони остался глубокий порез. Некромант ощутил сильную боль, но ему было не привыкать, учитывая все те ужасные пытки, которым его когда-то подвергали. Кровь просочилась между крепко сжатыми в кулак пальцами и закапала на пол.

Не собираясь тратить время на бессмысленные разговоры, Архимаг поднял руку, готовясь атаковать огненным потоком, но Лоргар прыгнул к стене. Подрагивающая полоска тени приняла фигуру в черном одеянии в свои объятия в тот самый момент, когда всесжигающий поток, хлынувший с ладони Тиана, ударил в нее. В последний миг некромант вскинул в болезненном движении руки и исчез в пламени, оставив после себя несколько багровых капель на полу.

В святилище Хранна было много люду. Незадолго до приближения злобной нежити число прихожан заметно увеличилось, а перед самой осадой их здесь собралось уже столько, что оно не могло вместить всех желающих. У статуи высокого воина в доспехах и плаще люди искали помощи, моля бога-покровителя дать им силы поднять оружие, достойно встретить врага. Кто-то просил о возможности отдать ратную дань на полях сражений с нежитью и некромантами, не дрогнуть в бою и не желать себе иной доли, другие же не могли думать ни о чем, кроме спасения семьи и близких. Больше было тех, кто малодушно боялся за собственную жизнь. Но каждый, кого сегодня принимали священные своды, проклинал одни и те же жуткие имена, одних и тех же ненавистных служителей мрака.

Люди давно уже позабыли, что были времена, когда нынешнее гнездо тьмы и злобы являлось самым благородным и почитаемым рыцарским братством королевства. Не счесть всех тех благих деяний, что совершили его паладины, но одни только летописи отныне помнят года спокойной и беззаботной жизни Ронстрада, выстраданные ценой крови носителей знака Руки и Меча. Популярность магистра Лоргайна и его последователей в народе в те времена росла, все новые территории присоединялись с юга к землям ордена, а казна Умбрельштада ломилась от богатств и сокровищ. Незыблемыми столпами высились приграничные твердыни, на их стенах и башнях неусыпно дежурили лучшие воины, на полет стрелы не подпускавшие врага к королевству. Покой на долгое время замер под бело-синим стягом с изображением алой длани, сжимающей меч.

Но так не могло продолжаться вечно, ведь, как это обычно бывает, у славных и доблестных всегда готовы объявиться черные завистники и злопыхатели. Так и здесь: рыцари других орденов Ронстрада позавидовали славе и любви народа к собратьям. Благодаря их усилиям и заговору, твердыни Руки и Меча пали: люди были обречены на ужасную погибель, но оставшиеся в живых паладины выбрали себе путь мести. А поскольку дать ее в тот миг могла лишь тьма, они встали под ее стяги. Теперь верные королевские подданные проклинали некогда благословляемые имена, боясь их пуще смертного мора и молясь Хранну-Заступнику, чтобы защитил своих верных слуг от ужасных некромантов.

Выходцев из Черной Цитадели называли «Прόклятыми». И теперь они, Прόклятые, привели свои неживые армии в эти земли, и на их пути в глубь королевства осталось единственное серьезное препятствие – Элагон, великая твердыня, некогда выросшая из крохотного рыболовецкого поселения тана Годрика Дубового. Ныне величественный и грозный город магов был готов встретить любую угрозу. Никогда, ни одному врагу не покорялись его могучие башни и укрепления. Все, кто пришел сегодня в храм, очень надеялись, что родные стены выстоят и на этот раз…

Священник в свободной белой рясе с вязью в виде золотых мечей и изображением такого же меча на груди проповедовал с алтаря, стоя в тени статуи Хранна. Он читал благословенную молитву, а десятки ушей внимали ей:

– …и тут я призываю тебя, Хранн Всемогущий, яви нам свой светлый образ, ниспошли нам спасение и удачу!

В этот же момент из величественной тени, отбрасываемой алтарем, выросла темная фигура в дымящемся плаще и опаленном капюшоне. Десятки коленопреклоненных прихожан, как и их пастырь, с ужасом подняли глаза на незваного гостя.

Незнакомец, ничуть не смущаясь, выпрямился, огляделся по сторонам и, усмехнувшись про себя, поклонился и развел руками: мол, обознался местом, прошу покорно простить. После этого он шагнул обратно в тень и исчез из глаз, оставив разинувших рты прихожан пребывать в недоумении и ужасе. Сегодня, как злое предзнаменование грядущих бед, ответом на людские молитвы явился вовсе не Хранн Всеблагой, а богомерзкое исчадие мрака.