Читаем Смотрите, Дельфины! полностью

Елена Минская minskaya69@mail.ru

Дельфины

Рассказ

***

Первая маршрутка, которая подъехала к остановке, была под номером двадцать два.

«Прикольно, и мне двадцать два года», – подумал Никита, вошёл в салон и купил билет. Удобно устроившись на дальнем сиденье, он уставился в окно, шёпотом повторяя «Смотрите, дельфины, смотрите, дельфины». И вдруг ему захотелось выпрыгнуть на улицу и нестись куда-нибудь, всё равно куда. Лишь бы подальше от института, семинаров, зачётов. И от курсов по продажам, на которые он поступил зачем-то. Хотя зачем – он знал, конечно. Как же ещё будущему программисту зарабатывать деньги, если он только и умеет – создавать компьютерные программы? А это не хлеб и даже не машины. Их нельзя ни попробовать, ни потрогать. Как-то надо научиться продавать «котов в мешке». На курсах обещали, что научат. Но только с одним условием. Если выполнять все задания, даже те, которые кажутся нелепыми… И самым нелепым Никите показалось уже самое первое. Оно сбивало с толку, раздражало и даже выводило из себя. Но выполнить его надо. Нет, не потому что велели. Потому что он так решил. А решил, значит сделает. Только бы маршрутка быстрее поехала…

***

Чтобы отвлечься от неприятных чувств, Никита стал рассматривать пассажиров, заполняющих автобус. Вошла запыхавшаяся бабулька с огромными сумками, доверху заполненными всякой всячиной. Тряпки и провода, старые газеты и гвозди – всё выдавало в ней огородницу, собирающуюся подготовить свою домушку к зиме. Следом влетела стайка студенток, живо обсуждавших предстоявший зачёт. За ними вошёл мужчина в чёрной кожаной куртке с потёртыми рукавами и отчего-то хмурым лицом. Он быстро и как-то недоверчиво осмотрелся, прошел в конец салона, недобро зыркнул на Никиту (или ему показалось?) и плюхнулся на последнее сиденье. Наконец в автобус вошла женщина с двумя пацанами – близнецами лет шести, которые постоянно тянули её за руки в разные стороны и, перебивая друг друга, спрашивали : «А это зачем? А это почему? А это что?». Молодая мама протянула водителю деньги, взяла билет и собралась идти к свободному месту.

– Ну уж нет! Так мы никуда не поедем! – вдруг завопил водитель.

– Что такое? – удивилась женщина.

– Берите ещё один билет!

– Простите, но у вас чёрным по белому написано: дети до семи лет —бесплатно…

– Мало ли что написано! Был бы один пацан – ладно, так и быть, вы его на руки возьмёте. А у вас – двое, стало быть, ещё одно место занимать будете. Так что или платите, или никуда не едем.

Водитель демонстративно заглушил мотор, женщина растерянно смотрела на детей, видимо, думая о том, что стоит подождать другого автобуса. Остальные пассажиры нервничали, но пока молчали, сдерживая раздражение, а вместе с ними и Никита. Больше всего его бесило то, что решительный настрой улетучится, задание так и останется не выполненным. А на курсах придётся изворачиваться и врать. А врать будущий программист не любил.

***

Отсчитав монеты, Никита прошёл к водителю, купил у него этот злополучный билет, вручил женщине и пошёл к своему месту, услышав вслед одно изумлённое «спасибо» и два звонких и радостных детских «ураааа!». Мотор заурчал, маршрутка тронулась и двинулась по знакомым улицам, выпуская и запуская пассажиров. Так прошло минут десять, и все эти бесконечные минуты Никита прокручивал в голове только одну фразу. Только одну. Она настолько врезалась ему в память, что снилась по ночам. Во всех красках, штрихах и светотенях. Во всех океанах, морях и заливах ему снились каждую ночь они. Дельфины. И всё, что нужно сделать – это всего лишь сказать о том, что ты видишь их. Дельфинов. Никита сделал большой и глубокий вдох, как ныряльщик перед прыжком, и начал: «Смотрите, дель…»…

…Резкий кашель не дал договорить фразу, дыхание остановилось, а голос пропал. Во рту стало сухо, как в Сахаре, а в голове осталась только одна-единственная мысль о том, что он так и не выполнил это проклятое задание.

***

Никита вскользь оглядел пассажиров – все сидели, рассматривая пробегающие улицы: кто с интересом, а кто абсолютно безучастно, как по надоевшей привычке. Он вдруг вспомнил, как говорила ему мама в детстве, когда он чего-то боялся: «Просто дыши, просто вдох, просто выдох». Минут пять он думал о том, что есть только они – вдох и выдох, и постепенно к нему вернулось спокойствие. А следом и решительность.

«А, сделаю, да и всё! Сколько можно бессмысленно кататься! Надо просто сделать! Да и не то, что сделать, просто сказать!» – подумал Никита и резко вышел в середину салона. Набрав полные лёгкие воздуха, громко и, как ему показалось, вполне уверенно, он выпалил:

– Смотрите, дельфины!

– Где, где? – закричали близнецы.

– Нигде, дядя шутит, у нас в городе и моря-то нет. Но если будете хорошо себя вести, папа сводит вас в дельфинарий, – попыталась утихомирить сыновей женщина.