Евгений Колос

Смотри на меня

1

Вечерело. Глеб приглушил свет и подошел к окну. Раздвинул плотные шторы и посмотрел вниз. Последняя горстка людей спряталась в домиках, во дворе опустело. С высоты седьмого этажа отлично видно, что происходит на улице. И чуть что можно спрятаться. Не любил попадаться на глаза и покидать квартиру. Поэтому давно не было отношений, а лицо налилось нездоровой, зеленоватой белизной.

Глеб осознавал, почему сам себя заточил. Все дело в опасном увлечении. Никто не сможет прознать. Но стоило выйти из дома, как тут же возникало чувство, будто на него пялятся – хотят пристыдить. Обычно в таких случаях к щекам приливает кровь, начинается головокружение, и Глеб спешит укрыться в норке, где никто не будет за ним следить.

Наклонился и внимательно осмотрел телескоп. Смахнул пылинки, прочистил линзу и направился к окуляру. Слегка задержался. Всегда так делает – ритуал такой. Напоминает себе о стыде, который обязан испытывать. Но ритуалы часто стирают понимание сути совершающих действий, остается только бездумное следование традициям. За три года методичных подглядываний смущение и стыд стали привычкой Глеба.

Выдохнув, бросился к окуляру и принялся изучать противоположную многоэтажку. Жил Глеб в одном из множества спальных районов Москвы, где повыскакивали высокие прямоугольные островки. Удобное расположение домов позволяло без труда заглядывать в квартиры соседей. Впрочем, любил посматривать и на прохожих. Изучал повадки, характеры – как бы знакомился. У него много друзей – просто они не знают об этом.

Беглый осмотр Глеб быстро прервал. Отпрыгнул от телескопа и глубоко задышал. На лбу выскочила испарина. Вернулся к прибору и вновь посмотрел в окуляр. В противоположном доме на том же седьмом этаже горел свет. Шторы жители не удосужились закрыть полностью.

С потолка висела странная конструкция – нечто вроде металлической вешалки, к концам которой прикреплены ремешки. Рядом стояла кровать, и на ней сидели парень и девушка в нижнем белье. Он ласкал ее шею, а она хихикала и вертела в руках фотоаппарат с крупным объективом. Девушка привстала, а парень отодвинулся, повернулся спиной к окну, закинул за голову руку и начал позировать. Девушка спряталась за большим объективом, сделала пару щелчков, и тут улыбка сползла с лица. Медленно опустила фотоаппарат, посмотрела в окно и приветливо помахала рукой, после чего парень резко обернулся.

Глеб попятился и с грохотом упал, спотыкнувшись о гору грязной одежды. Тыльной стороной ладони вытер пот с лица и резко вскочил. Хотел было спрятать телескоп и залезть в шкаф. Но не удержался и вернулся к окуляру, чтобы узнать – ждать ли беды. Глаза от удивления округлились, когда Глеб увидел, что парень продолжает смотреть в окно. И он не злился – наоборот, радовался.

Девушка что-то писала на картонке. Закончив, она подошла к парню, обняла его и нежно укусила возлюбленного за ухо, не отрывая глаз от наблюдателя за окном. Выставила вперед картонку, на которой черным маркером было написано: «Заходи, поиграем». Ниже указала номера подъезда и квартиры.

Сердце заколотилось пуще прежнего. В горле пересохло от волнения. Глеб не мог поверить в происходящее. Ему хотелось лечь под кровать, но в то же время жаждал узнать, что будет в квартире номер 376.

– Да как же так, – простонал он, – живем раз.

Глеб не узнал собственного голоса. Все происходило в тумане. Или сне – таком, который мог присниться кому-то вроде Глеба. Одиночке, у которого давно не было близости и простого человеческого общения. Может, и правда сон. Тогда почему бы не прыгнуть в норку за кроликом?

Вышел из квартиры и остановился у порога. В тот миг возникли мрачные мысли. Вдруг это ловушка или жестокая шутка. Зачем кому-то приглашать бледную поганку, погрязшую в одиночестве и вечном стыде. Однако неведомая сила заставила решиться на первый в жизни рискованный поступок.

Спустя несколько долгих и мучительных мгновений раздумий Глеб оказался у двери с номером 376. Подъездная дверь оказалась открытой, домофон не работал. От нерешительности простоял минут пять, не меньше. Но все же нажал на звонок. Открыли сразу.

– Наконец-то, – в дверном проеме показалась девушка, одной рукой прикрывала синий халатик, а второй убирала с глаз струящиеся черные как смоль волосы, – наблюдала за тобой в глазок. Услышала, как лифт приехал. Заходи.

В груди промчалась буря. Наблюдала. Как же неприятно Глебу оказаться по обратную сторону линзы. Молча переступил порог, разулся. Чуть не оступился, разглядывая округлые упругие бедра уходящей в дальнюю комнату брюнетки. Последовал за ней.

Привела незнакомка в ту самую комнату. И Глеб узнал, что к потолку прикреплены секс-качели. Такие не раз видел, но в реальности впервые. На кровати все еще сидел парень с вихрем пышных темных кудрей – тоже в халате, но не прикрывался, поэтому в глаза Глебу бросился сияющий в теплом освещении рельеф незнакомца.