Старостин атаковал по всем фронтам, и сверху в пике заходил, угрозами и вопросами пытаясь сокрушить оборону. Но тщетно, Надежда так и не призналась в том, что Колоколов убил Молодова и Шадрина. И свою причастность к этим убийствам она отрицала, и о том, что Колоколов пытался подставить Федора, тоже якобы не знала.

Эстафету подхватил подъехавший Снегов. Правда, он разговаривал с Голиковой недолго, после чего отправился в участок. Колоколов тоже все отрицал, но это ему не помогло. Снегов забрал с собой и его, и Голикову. Их обоих ждал впереди казенный паек.

Глава 20

Ярко луна светит, звезды по небу золотым бисером рассыпаны. Тепло, ни ветерка.

Заточка кувыркнулась в воздухе и с коротким глухим бульканьем вошла в воду. Федор в одиночестве стоял на берегу, никто не видел, как он избавился от улики.

Ольгин отдал ему заточку сразу же после того, как Надежду с ее любовником увезли в район. Поздно уже было, темнеть начинало. Такая дикая усталость в тот час на Федора навалилась. Домой надо было ехать, падать на диван и спать без задних ног до позднего утра. Но нет, совладал он с собой – съездил с Ольгиным к его тайнику, затем отправил парня домой, а сам приехал сюда, на крутой берег далеко за окраиной поселка. Выбросил заточку, и на душе сразу стало спокойно. Даже усталость вдруг отступила. И никакого сожаления в мыслях.

Дико устал Федор за этот день. Ночью во сне он мучился кошмарами, утром проснулся в камере изолятора, затем был тяжелый разговор с Прямыховым. Такое ощущение, будто это давно было, а нет, еще и суток не прошло. А чего стоила карусель с Колоколовым и Голиковой? Но ведь раскрутилось все, и не осталось никаких сомнений в том, что это Колоколов убивал жителей элитного поселка. Увезли его, а Федор все еще на ногах. Столько всего сделано, а домой, увы, еще рано. К Урицким надо заехать. Телефон Катерины не отвечает, но, может, она уже дома…

Возле дома Урицких стояла машина – серебристый внедорожник «Хонда». Именно на такой машине ездила Валентина. Свет в доме горит. И калитка не заперта.

Собака на Федора не залаяла. Ткнулась мокрым носом ему в ногу и жалостливо смотрела в ожидании ласки. Он потрепал ее по загривку и прошел в дом. Николай сидел с одной стороны стола, Валентина – с другой, сидят, о чем-то разговаривают. Свет горит, телевизор шепчет. На часах половина первого ночи, а им и дела нет.

– Федя?! – Валентина посмотрела на него так, словно он застал ее за чем-то предосудительным.

– Катя где? – скользнув по ней взглядом, спросил он у Николая.

– Ну, скоро должна быть…

– Откуда должна быть?

– Как откуда? Она же у Голиковой работает. Голикову, говорят, с милицией увезли.

– Увезли.

– А Катя в доме осталась. Она обычно поздно приходит, когда одна остается.

– Ты ей звонил?

– Так это, телефон у нее выключился. С ним это бывает…

– Я смотрю, у тебя на все объяснение есть? – недовольно хмыкнул Федор. И неприветливо глянул на свою бывшую. – А ты что здесь делаешь?

– Катю жду.

– Здесь ждешь? Могла бы к Голиковой по пути заехать.

– Вообще-то я у мамы живу, если ты не знаешь.

– А я должен знать? – сурово спросил он.

– Ну, все-таки мы не чужие. И тут такое происходит…

– Что происходит? Нашли убийцу…

– Вот! Я так и думал, что этот усатый, он самый оборотень и есть! – ткнув пальцем в потолок, деловито изрек Николай. – Так просто его задерживать не стали бы, да, Федя?

– Катя где?

– Как где? Я же сказал…

– Не оставалась она, когда Голикову увозили. Не было ее в доме. Это я тебе точно говорю. И весь день ее там не было.

– Как не было? – вскочил со своего места Николай.

– А так не было!.. Куда ты ее дел?

– Я дел?!

– А кто?

– Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь!

– Катерина твоя пропала, вот что я говорю. Она пропала, а ты делаешь вид, что ничего не произошло! – наседал на Николая Старостин. – Что ты с ней сделал?

– Ничего!

– А может, чего?.. Может, с любовником ее застукал и топором по загривку?

– Какой любовник? Окстись, Федя!

– А вдруг любовник у нее был?

– Не было у нее никого! И не могло быть!.. Меня она любит! – Николай имел бледный вид, но руку вскинул так, будто собирался ударить себя в грудь, но вместо этого поднес пальцы к горлу, механически пытаясь расстегнуть верхние пуговицы на рубашке.

– Да ладно, успокойся! – пощадил его Старостин. – Нет и нет… Только где Катерина?

– Ну, может, у матери…

– Ты с ней в ссоре?

– Да нет… Вчера, правда, поругались чуть-чуть, но так это дело житейское.

– Руки распускал?

– Федя, да как можно!

– Смотри, руки повыдергиваю! Ну, чего сидишь? Катерину поехали искать!

Пока Николай собирался, Федор еще раз попытался дозвониться до его жены. Но все без толку. А ведь уже второй час ночи.

Урицкий сел к нему в машину на переднее сиденье, а Валентина забралась на заднее, хотя ее никто туда не приглашал.

– А ты куда? – недовольно спросил Старостин.

– А вдруг с Катериной что?

– Сплюнь, дура!

– Кто дура?!. – Она хотела завестись, но тут же затихла, как это бывает, когда женщина смиряется перед волей мужа-деспота.

Только Федору от этого ни холодно ни жарко. Так что зря старается…

– А что с ней может случиться? – жалобно спросил Николай.