Читаем Смертельно опасны полностью

Алиенора подвела лошадь к повозке и остановилась рядом, так близко, что Нора могла бы протянуть руку и коснуться ее. Лошадь переступила копытами и вскинула голову. Король с потемневшим от гнева лицом пробился к ней сквозь толпу.

– Милорд, что произошло? – спросила она.

Он окинул широким взглядом весь двор. Его лицо совсем заросло бородой, веки были воспаленно-красными. Нора быстро опустилась на сундук. Отец пришпорил кобылу, и та остановилась голова к хвосту с лошадью матери.

– Где мои сыновья?

– Милорд, я в самом деле не имею представления.

Он вперил в нее яростный взгляд.

– Тогда я возьму заложников. – Он повернулся в седле, оглядываясь на своих рыцарей. – Хватайте девчонок!

Нора снова вскочила на ноги.

– Нет, – сказала королева и, сжимая кулак, протиснулась между ним и повозкой, почти что нос к носу с королем. – Не смейте трогать моих дочерей. – Алис протянула руку и схватилась за юбку Норы.

Он сунулся почти ей в лицо.

– Попробуйте меня остановить, Алиенора!

– Папа, подождите. – Нора перегнулась через борт. – Мы хотим поехать в Пуатье.

– Мало ли что вы хотите, – злобно сказал король. Двое рыцарей спешились и быстрыми шагами направились к повозке. Он не сводил глаз с ее матери.

Лошадь королевы преградила им дорогу. Наклонясь к королю, Алиенора торопливо заговорила приглушенным голосом:

– Не ведите себя как глупец, милорд, из-за такой малости. Если вы будете слишком давить, то никогда их не вернете. У Алис хорошее приданое, заберите ее.

– Мама, нет! – Нора протянула руку. Алис обхватила ее обеими руками за пояс.

– Пожалуйста… пожалуйста…

Королева даже не взглянула на них.

– Успокойся, Нора. Я сама разберусь.

– Мама! – Нора попыталась коснуться ее, заставить обернуться. – Ты обещала. Мама, ты обещала, что она поедет с нами! – Ее пальцы скользнули по гладкой ткани маминого рукава.

Алиенора ударила ее с такой силой, что опрокинула на пол. Алис всхлипнула. Рыцари были уже близко, уже у самых бортов. Нора бросилась на них, подняв кулаки.

– Убирайтесь! Не смейте ее трогать!

Кто-то обхватил ее сзади и отволок в сторону. Двое мужчин взобрались в повозку, схватили маленькую французскую принцессу и вытащили за борт. Она лишь раз вскрикнула, а потом беспомощно обмякла в их руках. Нора попыталась вывернуться из хватки и только тут увидела, что это мать держит ее.

– Мама! – Она повернулась к Алиеноре. – Ты обещала. Она не хочет уезжать.

Та опустила лицо нос к носу с Норой.

– Тихо, девочка. Ты не знаешь, что делаешь.

За ее спиной король развернул лошадь и поехал прочь.

– Эту можете оставить себе. Как знать, вдруг она вас отравит.

Он поехал вслед за рыцарями, которые схватили Алис. Еще двое его людей вынимали из повозки ее вещи. Ее и саму волокли будто вещь. У Норы вырвался нечленораздельный вопль. Коротким, резким приказом отец направил своих людей обратно за ворота, увозя Алис с собой, словно трофей.

Алиенора проводила короля хмурым взглядом, не отнимая руки от талии Норы. Девочка вывернулась, и мать посмотрела на нее.

– Что ж, Нора. Неприличная сцена, не так ли?

– Почему ты это сделала, мама? – Звенящий от гнева голос Норы разнесся по всему двору, но ей было все равно, кто услышит.

– Хватит, девочка, – сказала мать и встряхнула ее. – Успокойся. Ты не понимаешь.

Нора яростно дернулась всем телом и отпрянула от матери.

– Ты сказала, что Алис можно с нами. – Глубоко внутри все налилось тяжестью, словно она проглотила камень; Нора начала плакать. – Мама, зачем ты мне соврала?

Мать посмотрела на нее, моргнув, и на лбу ее собрались горестные морщинки.

– Я не всемогуща. – Она протянула руку, словно прося о чем-то. – Ну же, будь разумной. Ты что, хочешь стать такой, как твой отец?

Из глаз Норы брызнули слезы.

– Нет, и не как ты тоже, мама. Ты обещала мне и соврала. – И она оттолкнула протянутую ладонь.

Алиенора отшатнулась; вскинула руку и ударила Нору по лицу.

– Жестокая, неблагодарная девчонка!

Нора с размаху уселась на пол, уткнула кулаки в колени и сгорбилась. Алис пропала; она все же не смогла ее спасти. И не важно, что она Норе даже не очень нравилась. Нора хотела быть героем, но была просто маленькой девочкой, на которую никто не обращал внимания. Она повернулась к сундуку, сложила руки на крышке, опустила на них голову и разрыдалась.

Позже она стояла, опираясь на бортик повозки, и глядела на дорогу, что расстилалась впереди.

Она чувствовала себя дурой. Алис была права – она не может стать королем, а теперь ей даже и героем не быть.

Няньки дремали у дальней стенки. Мать забрала Джоанну и посадила перед собой в седло, чтобы показать Норе, как плохо она себя вела. Возница сидел на скамейке, повернувшись к ней спиной. Казалось, будто никто ее даже не видел, словно ее вовсе не было.

Норе не очень-то хотелось становиться королем, если для этого надо было быть злой, кричать на всех и увозить людей силой. Она хотела быть похожей на свою матушку, но на прежнюю матушку, добрую, а не эту новую, которая врала и нарушала обещания, которая била ее и обзывала. Алис как-то сказала: «Твоя мать – злодейка», и она снова чуть не расплакалась, потому что это оказалась правдой.