Читаем Смертельная верность полностью

Пока я раздумывала, обижаться мне за Ларку или согласиться с такой точкой зрения, первый этап закончился. Объявили небольшой перерыв. Секретарь подсчитывала набранные собаками баллы и выписывала их в итоговую таблицу, пришпиленную на информационный стенд. Участники отпустили собак побегать. Первое время мне было немного не по себе от того, что несколько десятков крупных собак носятся просто так, ничем не сдерживаемые по открытой поляне. Я даже за Димкин рукав ухватилась по привычке. Он глянул на меня вопросительно, но рукав не отобрал. Только по руке похлопал успокаивающе. Через пару минут я и сама поняла, что бояться нечего. Собаки не проявляли к присутствующим совершенно никакой агрессии, носились друг за другом, грызли палки, приносили хозяевам раздобытые где-то под кустами пустые пластиковые бутылки, звали поиграть. А может, было не страшно потому, что никто из присутствующих собак откровенно не боялся? Все ходили по площадке, смотрели результаты, обсуждали работу собак и какие-то житейские мелочи. Трепали по голове подбежавшего на минуту питомца. Почему же, когда я встречаю собаку на улице, мне становится не по себе? Вот не была бы я знакома со Светланой и ее Гектором, допустим. Встретила бы их на улице. Наверняка задрожала бы внутри противно какая-то жилка. Захотелось бы пройти поскорее мимо такого «страшного» зверя. А здесь этот же самый зверь валяется сейчас пузом кверху на куче листьев, жмурится совсем по-человечьи от солнца и никаких других чувств, кроме умиления, не вызывает. Почему же на городских улицах я собак боюсь до дрожи, а здесь — нет? Может, все дело в общем настрое? В том, что для присутствующих здесь собаки — друзья и любимцы, а для прохожих на улице — источник опасности? А опасности-то никакой и нет. Только наши страхи, бережно в себе самих взращенные. А как же Джоник? Для хозяйки он был другом и любимцем. А пожилая женщина, спасавшая от него внука, сейчас в больнице.

Очнулась я от раздумий, когда увидела совсем близко от себя овчарочью морду. Громадный лохматый зверюга подбежал к нам и замер, пристально вглядываясь. Димыч присел на корточки и потрепал его за шею. Воображение тут же нарисовало красочную картину моментального отгрызания нахальной руки видневшимися в пасти крепкими зубами. Но никакого кровопролития не произошло. Пес отряхнулся, будто только что вышел из воды, гавкнул приветливо и убежал прочь. Я перевела дух и посмотрела на Димку с восхищением.

— Их просто не надо бояться, — пояснил он мне. Нормальные собаки ни с того ни с сего не нападают.

— А Джоник?

— Джоник был ненормальный.

Как у него все просто. Еще бы понять, чем внешне отличаются нормальные и ненормальные собаки.

Перерыв закончился. Объявили второй этап соревнований. На площадку вынесли здоровенный деревянный щит с рекламой спонсора — производителя сухих кормов. За ним спрятались участники «двойки». Потом, по сигналу главного судьи, один из них показался из-за укрытия и побежал, увлекая за собой спущенную собаку. Второй в это время устремился к оставшемуся беззащитным хозяину…

— Вот ни фига ж себе! — Димыч повернул ко мне изумленное лицо. — Вот это я удачно зашел! И ведь никто, падлы, мне об этом не рассказал.

— О чем? — опешила я.

— Да о том, что оба фигуранта какое-то время за щитом этим вдвоем находятся. И почти никто их не видит. А потом один, значит, убегает, а второй оказывается мертвым. И собачку, значит, купить сильно хотелось…

Осень — коварное время года. Погода, а с ней и настроение, меняется несколько раз на дню. Только вчера светило нежаркое октябрьское солнце, золотило листья под ногами, настраивало на лирический лад. Жизнь казалась не такой уж скверной. Хотелось свежезаваренного чаю с мятой и помечтать. О том, как пройдет осень, наступит зима, обязательно снежная, наметет сугробы по колено, укутает в белые шарфы деревья. Как встанем мы на лыжи и побежим между этими сугробами, подставляя лицо крупным неторопливым снежинкам. А потом придет Новый год, и мы загадаем под елкой желания, и они обязательно исполнятся. А потом еще много чего хорошего случится. Когда придет зима.

Сегодня с самого утра зарядил нудный холодный дождь, и все сразу стало серым. И небо, и деревья, враз оголившиеся, и дома, и лужи на асфальте. Ветер рвал из рук зонтик, одежда и волосы пропитались сыростью, ноги промокли. О будущем думалось с неприязнью. Предстоящая зима уже не радовала, а скорее пугала. Морозами, ранними сумерками, воющей за окном тоскливой вьюгой. Из окна на кухне будет тянуть холодом, и правое плечо у меня будет постоянно мерзнуть, потому что стул мой на кухне стоит к окну правым боком. Вдобавок еще простуды, примятая под шапкой прическа и посленовогоднее безденежье.