Десять лет назад Джесси Джексон возглавлял парад в кампусе Пало-Альто и распевал: «Хей, хей, хей — западная культура, провались скорей»⁸⁸, Столкнувшись со столь убедительным доводом, администрация Стэнфордского университета заменила курс по истории западной цивилизации на курс «Культура, идеи и ценности»⁸⁹. Сегодня ни в одном из пятидесяти пяти лучших колледжей и университетов, по рейтингу журнала «Ю-Эс Ньюс Энд Уорлд Рипорт», не читают курса по американской истории⁹⁰.

«Споры об учебной программе, — пишет доктор Шлезингер, — суть споры о том, что значит быть американцем. На кон поставлено будущее Америки»⁹¹. Но какое будущее может быть у страны, чья молодежь пребывает в неведении относительно своего прошлого и страдает «культурной» болезнью Альцгеймера?

Приблизительно в то время, когда Калифорнийский университет обнародовал новые стандарты образования, Смитсоновский институт отмечал пятнадцатую годовщину своей военной выставки. Эта выставка, на которой демонстрируется, в частности, кокпит бомбардировщика Б-29 «Энола Гэй», сбросившего атомную бомбу на Хиросиму, вызвала ярость ветеранов и широкой публики, поскольку дает понять, что война на Тихом океане носила расистский характер. Обозреватель журнала «Ю-Эс Ньюс Энд Уорлд Рипорт» Джон Лео воспользовался случаем, чтобы посетить другие музеи, в которых туристам и детям рассказывают о прошлом Америки.

В Музее американской истории Лео обнаружил выставку «Наука в Америке», которая отличалась «политически пристрастным изложением истории американской науки и сосредоточена была исключительно на провалах и неудачах — Тримайл-Айленд, озоновая дыра, кислотные дожди, взрыв «Челленджера» и пр.»⁹². В Музее авиации и космонавтики нашелся аэроплан, описанный как изобретение, предназначенное в первую очередь для массового убийства. Далее Лео сделал следующие открытия: японских пилотов-камикадзе, чьи атаки унесли столько жизней американских моряков, музейная экспозиция изображала героями войны. Короче говоря, духовные дети Грамши захватили музеи Америки.

Романист Том Вулф едва ли не единственный среди писателей подметил удивительное безразличие, с каким в стране отнеслись к празднованию «Первого американского столетия» 31 декабря 1999 года, в канун миллениума:

Написал ли хоть один бард славословие в честь этого мгновения — в ответ на строки Джеймса Томсона «Правь, Британия, морями! Никогда, никогда британцы не будут рабами»? Где он, подобный стих для Америки, для страны, которая в завершившемся веке уничтожила два варварских националистических братства: германских нацистов и русских коммунистов, две орды методично рыскавших хищников, по сравнению с которыми потехой показались бы гунны с мадьярами?..

Отметил ли хоть один из телеканалов повзрослевшей Америки, что в 1897 году был бриллиантовый юбилей королевы Виктории?

Мне показалось, что один американский век вкатился в другой с торжественностью и грохотом коврика для мыши. Великий триумф Америки вызвал волну патриотизма и гордости за страну… вселил в души стремление к славе и имперскому величию… и сопровождался фанфарными хлопками мышиного коврика…»⁹³

Кто с гордостью оглядывается на достижения Америки в только что закончившемся столетии? В угаре празднования, растянувшегося от. Лондона через Нью-Йорк и Токио до Пекина, кто оглядывается на Человека, чей двухтысячный юбилей мы невзначай отметили? Почти никто, ибо к наступлению миллениума американцы жили в стране, культуре, цивилизации, которые проделали значительный путь к дехристианизации.

8. Дехристианизация Америки

Достоинство незыблемой Морали…¹