Читаем Смерть Запада полностью

Хемингуэй, Т.С. Элиот и Лайонел Триллинг считали «Гекльберри Финна» американской классикой, но кто они такие рядом с Джоном Уоллесом?

Неподалеку от сочинения Твена в списке запрещенных книг расположилась «Убить пересмешника» лауреата Пулитцеровской премии Харпер Ли. Действие этой книги разворачивается на снедаемом расовыми распрями Юге перед Второй Мировой войной. По книге был снят одноименный фильм, принесший Грегори Пеку в роли адвоката Аттикуса Финча наибольший актерский успех. Для тех, кто отвергает эту книгу, роман «Убить пересмешника» есть «олицетворение расизма»⁶³.

Католическая школа Опелусас в Луизиане отличилась тем, что первой среди школ США запретила произведения Фланнери О’Коннор — пожалуй, — лучшей американской католической писательницы двадцатого столетия. Чернокожие священники и родители в школе Опелусас потребовали изъять из списков для детского чтения сборник рассказов О’Коннор «Хорошего человека найти нелегко», где присутствует рассказ «Искусственный ниггер»⁶⁴.

Тем не менее, как заметил католический обозреватель газеты «Нью-Йорк Пост» Рон Дреер, О’Коннор, «помещая белых изуверов в протагонисты… обнажает и высмеивает чудовищную гордыню, заставляющую этих персонажей презирать чернокожих и давать им обидные прозвища…»⁶⁵ А рассказ «Искусственный ниггер», который сама писательница считала своим лучшим произведением, «дает нам психологически достоверный портрет истинного расиста»⁶⁶.

Епископ Эдвард О’Доннелл поначалу отказывался исключать произведения Фланнери О’Коннор из программы и указывал на то, что ее творчество изучают в Хавьере, Грамблинге, Саутерне и других школах для чернокожих. Однако его преосвященство быстро капитулировал и распорядился изъять бее книги О’Коннор из школьных библиотек вверенной ему диоцезы и не допускать их замены «аналогичными сочинениями»⁶⁷. Запрещены любые книги, содержащие расовые эпитеты, вне зависимости от контекста, вследствие чего из программы выбывают не только Твен, О’Коннор и Харпер Ли, но и Уильям Фолкнер, а также чернокожие авторы Ральф Эллисон и Джеймс Болдуин. Дреер пишет:

«Иными словами, самое подходящее чтение для католической школы на Юге… Кто отважится с этим поспорить?»⁶⁹ —добавляет Дреер.

Однако песенку «Дикси» пел еще Линкольн, который приезжал в столицу конфедератов после падения Ричмонда. На протяжении жизней нескольких поколений эта песня исполнялась на съездах Демократической партии. Тем не менее Национальная ассоциация судей полагала, что данная песня является «символом рабства и угнетения»⁷¹. Вот слова песни — и пусть судит читатель.

Первый куплет:

Припев:

Разумеется, этим стишкам далеко до «Cantos» Эзры Паунда, однако какое отношение это рифмоплетство имеет к рабству и угнетению? На Гэслайт-сквер в Сент-Луисе в начале 1960-х годов диксиленд, состоявший из чернокожих музыкантов, завершал ежевечернее выступление вариациями на тему «Дикси», за которым шел «Боевой гимн республики». И все вокруг пели и веселились. Какие же мы были бесчувственные!