Читаем Смерть понтифика полностью

Смерть понтифика

«Каким был бы наш мир, если бы папа остался в живых?» — удивляется Сара, закончив чтение, потрясенная и взволнованная. Разумеется, в Церкви произошел бы подлинный переворот. Наконец, Сара находит бумагу с записями на языке своей матери. Это — третье пророчество Фатимы, записанное сестрой Лучией.

«Я пишу по воле твоей, о мой Господь, отдавший повеление в лице Его Высокопреосвященства, синьора епископа Лерейры, и Твоей Святейшей Матери.

После двух уже описанных видений явился нам, слева от Богородицы и немного выше, ангел с пламенеющим мечом в левой руке, затем клинок воссиял и испустил языки пламени, которые едва не сожгли весь мир, однако же огонь погас, едва соприкоснувшись со свечением, исходившем из правой руки Мадонны, направленной ангелу навстречу. И ангел, указывая десницей на землю, громогласно возвестил: „Покайтесь, покайтесь, покайтесь!“ И увидели мы свет неизреченный, который есть Господь. И, точно в зеркале, явился нам епископ в белых одеждах. И мы чувствовали, что был то Святой Отец. И другие епископы, священники, монахи и монахини спускались по крутому склону горы, на вершине которой возвышался большой нетесаный крест, точно срубленный из дуба, и восходя, Святой Отец миновал полуразрушенный город, в глубоком смятении, передвигаясь неверным шагом, едва не теряя сознание от боли и страданий, непрестанно молясь о душах усопших, чьи тела устилали дорогу. Сойдя с горы, он преклонил колени у подножия большого креста, и погиб от выстрелов и стрел, насылаемых солдатами, епископами и священниками; там же умирали один за другим и прочие епископы и священники, монахи и монахини, а также миряне, дамы и господа всевозможных сословий и рода занятий. Под перекладиной креста парили два ангела, и оба держали стеклянные фиалы, в которые собирали кровь мучеников, молясь вместе с ними о душах тех, кто приближался к Господу».

«Погиб от выстрелов и стрел, насылаемых солдатами, епископами и священниками», — про себя повторяет Сара.

— Какие еще секреты — быть может, замещенные ложью, выдаваемой нам за абсолютную истину, таит в себе церковь? — еле слышно произносит девушка.

Из размышлений Сару выводит вопрос Рафаэля:

— Ты в порядке?

Он только что после душа, в халате.

— Да, все хорошо. С какого края ты ложишься?

— Я ухожу. Моя миссия выполнена.

Фраза действует на Сару, как вылитый на голову кувшин холодной воды:

— Уходишь?!

— Извини за все, что тебе пришлось пережить. Но ты должна знать, что я действовал так для твоего же блага.

— Уходишь? Но куда?.. — спрашивает Сара с плохо скрываемым удивлением и разочарованием.

— Спасать другие заблудшие души, — шутливо отвечает он.