Читаем Смерть парфюмера полностью

Я присела на краешек дивана, сложив руки на коленях.

— Об этом нелегко говорить.

— Тогда выскажи все сразу, — мягко предложил он, снова садясь.

Я сделала глубокий вдох и выпалила:

— По-моему, убийцей может оказаться мадам Нанетт.

Пару секунд Майло смотрел на меня. Потом чуть поднял уголки рта и наклонился, чтобы затушить в пепельнице сигарету.

— Не самая удачная шутка, дорогая, — произнес он.

— Ты прекрасно знаешь, что я не стала бы шутить на такую тему, — отрезала я. — Я… Я сегодня кое-что узнала.

— Да? — В этом вопросе прозвучало нечто, что я не смогла определить.

— Я обнаружила письмо, которое мадам Нанетт написала Элиосу Беланже, когда они расстались. — Я кратко рассказала о своей находке и о том, как свидетельства, похоже, указывали именно на такое заключение. — Если подойти к этому логически, то все разрозненные кусочки, кажется, сходятся.

Муж впился в меня взглядом.

— Мне не надо подходить к этому логически. Это не она убила Элиоса Беланже.

В его голосе или, возможно, в его взгляде было нечто предостерегающее. Но меня настолько захлестнули собственные эмоции, что я не обратила на это внимания.

— Я ни на секунду не задумывалась, что это может быть она, — продолжила я. — Однако рассуди сам, Майло. У мадам Нанетт был мотив, были средства и возможности. Она долгие годы любила Элиоса Беланже, а он ею пренебрег. Даже после того, как он пригласил ее нянчить дочь, он плохо к ней относился. Ей всего-то и нужно было — проникнуть в оранжерею Сесиль и взять нужные вещества. И она легко могла подмешать ему что-то в питье.

— Ты забываешь о том, что этот сценарий мог бы подойти любому из членов семьи Беланже, — возразил Майло.

— Вот только Элиос Беланже в первый раз заболел через месяц после появления мадам Нанетт.

Он вздохнул:

— Возможно, это совпадение. Или кто-то мог поступить так намеренно, чтобы подвести под подозрение нового человека.

— Но ведь есть еще и письмо, — добавила я.

— Письмо с выражением чувств тридцатилетней давности едва ли доказывает убийство, — отмахнулся Майло. — К тому же, если бы я даже хоть чему-то из этого поверил, а в это я ни секунды не верю, то ты, по-моему, забываешь об одном немаловажном факте. Зачем ей вызывать нас сюда? Зачем ей просить нас расследовать смерть, о которой уже заявлено как о произошедшей по естественным причинам?

Вот по этому пункту я сама терзалась сомнениями. Но затем я поняла всю его ошибочность.

— Мадам Нанетт не могла знать, что дело быстро замнут, — возразила я. — Она связалась с тобой в тот же день, когда Элиос Беланже скончался. Она знала лишь одно: предстоит вскрытие и ее могут обвинить. Мы служили своего рода страховкой.

— Как-то это все немного натянуто, — заметил Майло.

— Она знала, что мы встанем на ее сторону и найдем другого злодея, которого можно обвинить в убийстве.

— Эймори, я знаю, что ты действуешь из лучших побуждений, но, по-моему, ты не до конца проработала эту версию. — Муж говорил спокойно и сдержанно, и я внезапно поняла, что он изо всех сил старается не разозлиться. Майло редко проявлял свои истинные чувства, но сейчас, казалось, он с трудом сдерживался.

— Я знаю, что в это нелегко поверить, — осторожно произнесла я. — Мне самой не хочется в это верить. Но свидетельства…

— Все твои так называемые свидетельства шли бы к чертям, — ровным тоном сказал он.

Я поняла, что Майло не шутит. Его просто так не поколебать. Я не знала, чувствовать ли облегчение от его уверенности или же терзаться от того, что он намеренно отметает мои соображения.

— Ты не учла одного — ты совсем не знаешь мадам Нанетт. Не так, как я. Она никогда бы не совершила подобного.

— Вот поэтому-то я и боялась тебе рассказывать. Я знала, что тебе это не понравится и ты не захочешь меня слушать.

— Я тебя выслушал. Просто я с тобой не согласен.

— Возможно ли, что на твой разум влияют чувства к ней? — тихо спросила я.

— Нет.

— Ты ведешь себя нелогично.

— Неужели? — Майло говорил по-прежнему спокойно, но глаза его потемнели так, как я никогда за ним не замечала. — Я, кажется, припоминаю твою реакцию на похожую ситуацию. Когда твоего бывшего жениха обвинили в убийстве, ты была готова пойти на что угодно — биться насмерть, если понадобится, — чтобы доказать его невиновность. Никакие слова не могли поколебать твоей уверенности в том, что он этого не совершал.

— Я оказалась права, — возразила я.

— А теперь я так же прав.

Наши взгляды встретились, и я поняла, что больше по этому поводу говорить нечего.

Я не знала, что делать дальше, однако Майло, похоже, все уже решил. Он поднялся.

— Прошу меня простить, — сказал он. — Боюсь, тебе придется ужинать одной.

— Майло… — умоляюще начала я. Мне не хотелось, чтобы разговор закончился размолвкой.

Он не ответил, даже не оглянулся, направляясь к двери и выходя из номера.

Я горько вздохнула. Меня раздирали сомнения. Возможно, Майло прав. Он знал мадам Нанетт гораздо лучше меня. Но тут меня посетила еще одна мысль. Возможно, зная ее очень хорошо, он понял все с самого начала.