Не знаю, наверное, у каждого есть тайная сторона. Какой-то фетиш, моменты слабости, помутнения. Я счастлива, что никогда больше не видела эту его сторону. Пусть он носил маски при мне – разные, лучше-хуже, но зато он остался в моей памяти таким, каким захотел остаться.

Авельц-властолюбец, Авельц-псих, Авельц-преступник… Я допускаю, что-то из этого правда. У меня нет доказательств, я вынуждена что-то принимать на веру, а чему-то никогда не поверю, но я и раньше говорила, и Акияме в лицо, и сейчас скажу, хоть вам, хоть всей Сети: для меня Авельц – это тот, в кого стреляли рахибы. Вот и всё.

Гелла давно докурила сигарету, потушила её и теперь задумчиво смотрит перед собой. Голос из-за камеры пытается навести её на мысль, но она молчит около двух минут.

Вскоре я улетела в Женеву, а Ленро отправился в тур по Южной Америке, агитировать за Армию Земли. Мы мало пересекались. Мою ВОЗ и всю социальную сферу курировала лично Акияма, а Авельц забрал себе другие направления.

С той… ситуации я больше не замечала в его поведении странностей. Слухи ходили – но слухи всегда ходят. Например, начальник его канцелярии, Рольф Каде – молодой парень, из Еврокомиссии – жаловался, что в поездку в Южную Америку он запросил триста человек охраны и ещё потребовал местный спецназ ОКО и полицейское сопровождение. А там Бразилия, Венесуэла, Колумбия, Перу, Боливия, Аргентина, Чили, весь континент… Главное, никто не понимал, зачем? Как будто не сам Авельц когда-то придумал шутку, что эффективность охраны обратно пропорциональна количеству агентов ОКО. Бедный Вильк в Париже, наверное, лучшее подтверждение. Так, как Авельца в этой поездке, не охраняли даже Акияму, даже Мирхоффа в лучшие времена.

39. «Ланч с доктором Хаммидом»: Дороти Чомбэ для сайта «Reporters sans frontières»

Конья, Турция.

На выходе из отеля меня встречает «джип» песочного цвета; двое бородатых мужчин в куфиях и бронежилетах осторожно обыскивают меня и помогают залезть внутрь. В салоне машины работает кондиционер, на одном из сидений лежит коврик автоматического массажа, и сидящий напротив меня гладковыбритый мужчина в европейском костюме предлагает мне бутылку швейцарской воды.

Это политический консультант Йюце Гюнгёра, кандидата в президенты Турции от Партии свободы и солидарности, входящий во «Фронт Независимости» Бена Хаммида. К нему, собственно, меня сейчас и везут.

Я смотрю в окно – водитель, наверное, думает что я не ориентируюсь в городе и колесит по центру, запутывая следы. Я знаю, что мы едем в некую мечеть на окраине города; и я знаю, что меня попросили оставить телефон в номере.

– Не думали проверить меня на вживлённые чипы? – спрашиваю я консультанта.

– Мы же вас просканировали, – делает вид, что не испугался.

– А вы уверены в надёжности вашего сканера? – спрашиваю я, и думаю: «Дороти, прикуси язык!»

Консультант улыбается.

– Вы простите, – говорит он. – Предосторожности. После последних событий мы все на ушах.

Под «последними событиями» он имеет в виду покушение на Гюнгёра: во время митинга кто-то из толпы кинул в него осколочную гранату. Полиция считает, это был сумасшедший; но сторонники Гюнгёра уверены – за покушением стоит Особый комитет Организации.

– Как себя вести в обществе доктора Хаммида? – спрашиваю я, и думаю: «Дороти, да заткнись ты уже!»

– Не приближайтесь к нему слишком близко, – на полном серьёзе говорит мне консультант, – и не называйте его «Бенджамин». Бен Хаммид или доктор Хаммид, пожалуйста.

– Хорошо, – поддакиваю я. – Никаких фривольностей!

– Никаких! – не понимает моего юмора консультант. – Доктор Хаммид этого не любит.

Мы наконец заканчиваем бессмысленный круговорот в центре города и выезжаем по северному шоссе: даже плохо зная город, север легко определить: рядом аэропорт. С шоссе мы сворачиваем в небольшой коттеджный посёлок, где останавливаемся около мечети с минаретом. Там меня высаживают, и консультант провожает меня в маленький одноэтажный домик рядом с ней. На пластиковом столе стоит электрический кофейник, в углу – молитвенный коврик, маленький вентилятор. Всё.

В ожидании доктора Хаммида я оглядываю окрестности через окно. Консультант сёрфит в телефоне. Интересно, думаю я, неужели они всерьёз считают, что ОКО может отследить только мой телефон, если захочет шарахнуть по нам ракетой?

Спустя десять минут к мечети подъезжает старый потрёпанный «приус». Бородатые мужчины порываются открыть водительскую дверь, но не успевают, и водитель распахивает её сам – Бен Хаммид собственной персоной. За рулём «приуса», один, без охраны и телохранителей. Придерживая полы белой кандуры и бишта-плаща, он улыбается бородачам и идёт к нам, приветливо помахивая рукой.