— Учитывая их количество, они обязаны. Как только мы будем вынуждены отойти в храм, он станет нашим последним оплотом. Надеюсь, что мы сможем задержать их, пока не прибудет Девятый легион. Мы можем отбросить любую надежду о помощи из Лондиниума теперь. Это означает, что мы потеряем почти всю колонию. Они возьмут все, что смогут унести и сжечь остальное дотла.

— Сколько дней до прибытия подкрепления?

Макрону потребовалось время, чтобы оценить, прежде чем он ответил. — Самое раннее через шесть дней.

Аполлоний обдумал это, прежде чем оглядеть башню. Он дождался, пока часовой переместился за пределы слышимости. — Можем ли мы продержаться так долго?

— Будем надеяться. Я не уверен, что смогу встретиться с Петронеллой, если мы этого не сделаем.

Они обменялись смешком, прежде чем Аполлоний спросил: — Как ты думаешь, когда они нападут? Сегодня ночью?

— Я сомневаюсь в этом. Они были на марше весь день. Боудикка и ее военачальники захотят дать отдых своим воинам перед тем, как отправить их в бой. Макрон окинул взглядом лагерные костры.

— Они подождут до рассвета. Мы должны иметь каждого из наших людей на позиции, когда атака начнется. На рассвете.

ГЛАВА XXІХ

Был густой туман, когда первые проблески дневного света распространились по восточной части горизонта, обозначая наступление нового дня. О приближении врага сообщила стая потревоженных гусей, устремляющихся на восток в громком гоготе протеста. Защитники колонии стояли наготове уже час или около того еще до первого света. Их плащи и доспехи блестели от росы, пока они охраняли частокол, держа свои щиты и множество дротиков, охотничьих луков и копий наготове.

Вдоль валов были сложены груды камня со строительной площадки храма. Более тяжелые камни должны были причинить сокрушительные увечья, а те что поменьше с острыми краями — рассекать плоть человека. Две центурии были на западной стороне обороны, и еще две охраняли берега реки, а пятая находилась на восточной оконечности стены, которая была завершена и составляла немногим более двух третей длины противоположного вала. Центурия Макрона стояла в резерве за воротами, пока он ожидал в башне с Аполлонием и группой вооруженных людей с луками. Связки стрел стояли наготове в корзинах в задней части башни. Шпион был снабжен запасным шлемом и доспехами одного из ветеранов, а другой дал ему щит и меч. Над шлемом возвышался узкий гребень опциона.

Когда гуси подняли тревогу, Макрон прижал руки ко рту и крикнул защитникам: — Они идут!

Первые мятежники появились в виде призрачных фигур, выбегающих из тумана. Когда они приблизились к оборонительной линии, Макрон увидел, что они вооружены пращами и луками, и предупредил людей на палисаде. — Всем в укрытие.

Противник остановился в пятидесяти шагах ото рва и выпустил свои снаряды, и через мгновение они врезались в бревна частокола, расщепляя местами, но не пробив дерево. Ветераны присели за своими щитами для дополнительной защиты, в то время как грохот ударов продолжился. Многие из снарядов пролетели совсем мимо и вонзились в крыши зданий позади или со свистом падая на улицы колонии. В башне один из лучников быстро поднялся и собрался выстрелить.

— Нет! — рявкнул на него Макрон. — Прибереги это для штурма.

Ветеран кивнул и отполз на два шага назад. Время от времени Макрон рисковал бросить быстрый взгляд и увидеть, что противник держит позиции, продолжая обстрел. Позади них он мог видеть плотный строй воинов, появляющихся из тумана, сопровождаемый криками их лидеров, призывающих их идти вперед, прежде чем они начали распевать различные боевые кличи. Над ними их знамена безвольно висели в неподвижном воздухе.

Когда они приблизились к римлянам, боевой рог издал громкую, плоскую ноту, которая ясно разнеслась по всему полю битвы. Лучники и пращники произвели последние выстрелы, а затем побежали к флангам, с пути штурмовых отрядов.

Макрон осторожно поднялся на ноги и огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что никто из стрелков-бриттов не целится в него. Успокоенный, он повернулся к своим лучникам на башне. — Приготовиться. Убедитесь, что каждый выстрел убьет одного из этих ублюдков.

Он наклонился к той стороне, которая смотрела на вал. — Подъем!

В этот же момент прозвучала вторая нота, и раздался глубокий рев тысяч голосов, когда восставшие ринулись вперед, а затем побежали к валу. В крайнем правом углу римской линии, рядом с рекой, сорок защитников бросились к недостроенному участку вала, примерно на пару метров ниже остальных секций и приготовились оборонять его. Аполлоний со зловещей улыбкой наблюдал за атакой врага.

— Интересно посмотреть, что бывает, когда… Ах! Ну вот.