Читаем Смерть, а потом? (ЛП) полностью

Некоторые из контактов, осуществлённых через медиумов с этим источником, с развоплощённым существом, которое, таким образом, оказывается притянутым к земной сфере, — жестокая любезность, задерживающая его эволюцию и вводящая элемент дисгармонии в то, что должно быть упорядоченным продвижением. Так удлиняется период кама-локи, тело желания напитывается и держит эго, так откладывается освобождение души: бессмертная ласточка удерживается птичьим клеем земли.

Люди, которые провели жизнь дурно, удовлетворяя и стимулируя свои животные страсти и тем самым лишая пищи даже свой низший ум, имеют полностью напитанное тело желаний. Поэтому они долгое время остаются обитателями кама-локи, будучи переполненными тоской по земной жизни, которую они имели в прошлом, и по животным наслаждениям, непосредственно не доступным для них без физического тела. Они собираются вокруг медиумов и сенситивов, пытаясь использовать их для своего собственного удовлетворения, поэтому они — среди наиболее опасных сил, с которыми так опрометчиво из-за своего невежества сталкиваются беспечные и любопытные.

Другой класс развоплощённых существ включает в себя тех, чьи земные жизни были преждевременно завершены по их собственной воле, действиями других или случайно. Их судьба в кама-локе зависит от обстоятельств, сопровождавших их уход из земной жизни, не во всех самоубийствах виновны самоубийцы, и мера ответственности может изменяться в очень широких пределах. Это было описано следующим образом:

“Самоубийцы, хотя и не вполне разобщённые со своими шестым и седьмым принципами и совершенно «активные», "потентные" на сеансах, тем не менее, до дня, когда они должны были бы умереть естественной смертью, отделены бездною от высших принципов. Шестой и седьмой остаются пассивными и негативными, тогда как в случае случайной смерти высшие и низшие группы взаимно притягивают друг друга. В случае доброго и невинного эго, последние притягиваются непреодолимо к шестому и седьмому, и, таким образом, оно или дремлет, окружённое счастливыми снами, или спит глубоким сном, лишённым сновидений, до наступления часа. Поразмыслив немного и устремив глаз на вечную справедливость и приспособляемость вещей, вы увидите почему. Жертва, добрая или нет, не ответственна за свою смерть, даже если бы её смерть являлась следствием проступка в её прежней жизни, либо в предыдущем рождении — было бы, короче говоря, действием закона возмещения, но не было бы непосредственным результатом действия добровольного, содеянного личным эго в этой жизни, в течение которой произошло убийство. Если бы человек прожил дольше, он мог бы искупить свои прежние грехи ещё более успешно: и даже теперь, заплатив долг своего создателя, личное эго освобождается от ударов возмещающей справедливости. Дхиан Чоханы, не участвующие в руководстве живущими человеческими эго, охраняют беспомощную жертву, насильственно выброшенную из одной стихии в другую прежде, чем она созреет и сможет приспособиться к ней”.

Эти, или самоубийцы, или убитые случайно, могут общаться с кем-либо в земной жизни, но в ущерб себе. Как сказано выше, хороший и невинный счастливо спит, пока период жизни не закончен. Но если жертва несчастного случая развращена и груба, её судьба — печальна.

“Несчастные тени, если преступные и чувственные, они блуждают (не оболочки, ибо их связь с двумя высшими принципами не совсем нарушена) до тех пор, пока час смерти не наступит. Оторванные в полном расцвете земных страстей, которые приковывают их к знакомой обстановке, они искушаются возможностями, которые предоставляет медиум, чтобы удовлетворить их в качестве заместителя. Они — пишачи, инкубы и суккубы средневековья. Демоны алчной прожорливости, сладострастия, скупости — элементарии гнусного коварства, порочности и жестокости, вызывающие своих жертв на ужасные преступления и наслаждающиеся своим поручением. Они не только губят свои жертвы, но эти психические вампиры, увлекаемые потоком своих адских импульсов, наконец, в определенный срок завершения их естественного периода жизни, уносятся из ауры Земли в области, где веками терпят ужасные, изощрённые страдания и кончают совершенным уничтожением”.