8 сентября 10-я армия Рейхенау подобралась к окрестностям Варшавы, но дальше она натолкнулась на ожесточенное сопротивление поляков. Несмотря на многолетние угрозы, исходившие от Гитлера, поляки не построили долговременных оборонительных фортификаций, полагаясь на контратаки. Но в начале сентября центр Варшавы оброс баррикадами, противотанковыми рвами и бочками со скипидаром, готовыми взорваться в любой момент. Гитлер планировал взять Варшаву до того, как 21 сентября соберется американский конгресс, с тем чтобы поставить весь мир перед совершившимся фактом. Однако планы его сорвались.

«Побывав в объятиях Германии, Польша больше никогда не встанет на ноги», — предрекал Геринг 9 сентября. До этого дня у немцев все шло как по маслу, но 9 сентября ночью Познанская армия генерала Тадеуша Кутшебы и изрядно побитая Поморская армия перешли реку Бзура и атаковали фланг германской 8-й армии, завязав трехдневное сражение при Кутно, в котором была выведена из строя целая немецкая дивизия. Натиск поляков удалось отразить только с помощью танков 10-й армии, снятых с осады Варшавы. Немецкая и итальянская пропаганда утверждала, будто польская кавалерия нападала на германские танки с пиками и саблями, но это, конечно, чистейшей воды выдумка. С другой стороны, действительно, как отмечал Меллентин, «отвага и смелость поляков не могли компенсировать нехватку современных вооружений и тактической подготовки»[30]. Вермахт в полной мере обладал и тем и другим, отдельные солдаты в случае необходимости могли подменить танкистов или артиллеристов, а фельдфебели и унтер-офицеры — офицеров. Кроме того, первыми напали немцы, и в этом тоже было определенное преимущество.

В 1944 году офицер-гвардеец и будущий военный историк Майкл Говард на специальных курсах изучал особенности германской армии — организацию, доктрину, тактику, структуру, вооружения, даже обмундирование. Он узнал «все, кроме одного: что делает ее столь эффективной?»[31]. Истоки, видимо, надо искать в прусском юнкерском государстве XVII века, позволявшем самым способным молодым людям из среднего класса находить себе применение в армии. Вольтер говорил: «Некоторые государства имеют свои армии, но в Пруссии армия имеет государство!» А его современник граф Мирабо подтверждал: «Война есть национальная индустрия Пруссии». Человек в военной форме пользовался особым статусом, уважением и почетом. 1813 год научил немцев дисциплине, и этот урок не был забыт даже после поражения в 1918 году. Гинденбурга, генерала, проигравшего войну, немцы избрали своим президентом. За семьдесят пять лет немцы развязали пять агрессивных войн, и, как отмечал Говард, когда дело доходило до рытья траншей и стрельбы из гаубиц, то у них это получалось лучше, чем у других. Блицкриг требовал четкой координации действий всех родов войск, немцы добились в этом совершенства, союзники потратили три года на то, чтобы сравняться с ними.

2

Польша держала на 800-мильной восточной границе только три дивизии, и для поляков было полной неожиданностью, когда на рассвете 17 сентября Советский Союз вторгся в их страну, пользуясь условиями секретного пакта, подписанного с нацистами 23 августа. Русские мстили полякам за поражения в 1920 году, хотели получить доступ в Прибалтийские государства и создать буферную зону против Германии. Всего этого они добились, не встретив какого-либо серьезного сопротивления и потеряв лишь 734 человека[32]. Сталин сослался на польский «колониализм» в Украине и Белоруссии и необходимость «восстановления мира и порядка». Поляки оказались между германским молотом и советской наковальней, обретя независимость и свободу лишь в ноябре 1989 года, через полстолетия. Весной 1940 года Красная Армия вывезла 4100 польских офицеров, сдавшихся в соответствии с Женевской конвенцией, которых расстреляли в Катынском лесу под Смоленском. Василий Блохин, главный палач русской секретной службы, НКВД, руководивший расстрелом, надел кожаный фартук и длинные кожаные перчатки, чтобы не забрызгаться кровью и разлетающимися мозгами, и пользовался немецким пистолетом «вальтер», который не заедало во время многократной стрельбы[33]. (Он все же натер мозольный пузырь на указательном пальце к концу третьего дня безостановочного убийства.) В общей сложности в Катынском лесу и в других местах были расстреляны 21 857 польских военнослужащих: эту операцию потом даже Лаврентий Берия, шеф сталинской полиции, назвал ошибкой. Когда немцы 17 апреля 1943 года обнаружили массовые захоронения, то Геббельс сообщил всему миру о кровавой бойне в Катыни, но советская пропаганда свалила вину на нацистов. Британский Форин оффис сознательно принимал эту ложь за чистую монету вплоть до 1972 года, хотя обвинения против немцев в части катынских расстрелов не были поддержаны на Нюрнбергском процессе.