Читаем Служанка полностью

Первый год я еще верила, что так и будет, что найдет наставница доказательства моей невиновности. А потом… Веры этой все меньше с каждым днем оставалось, а жизнь своим чередом шла, только успевай поворачиваться.

Я вытерла повлажневшие глаза и посмотрела на арна. Отблески света падали на его лицо, и оно казалось таким красивым… И мне так захотелось его коснуться! Трудно было удержаться от искушения. Протянув руку, дотронулась до щеки, провела пальцами по отросшей за день щетине, обвела контур губ…

— Валдер, ты что, не понимаешь, с кем разговариваешь? — послышался из-за двери визгливый голос.

Салта. Принесла же нелегкая!

— Ну-ка, отопри дверь!

— Дана Салта, не положено, — смущенно пробубнил охранник.

— Я тебе покажу, не положено! — наступала на него старшая. — Открывай, кому говорят!

В коридоре послышалась какая-то возня, а потом дверь распахнулась, и на пороге появилась домоправительница. Волосы ее растрепались, щеки раскраснелись, глазки злобные по сторонам бегали.

Я поднялась и встала так, чтобы загородить собой лежащего на кровати арна.

— А ты чего это здесь? — спросила Салта, силясь разглядеть лежащего за моей спиной графа. Она дернулась в одну сторону, потом в другую, но моя широкая юбка закрывала ей весь обзор.

— За милордом ухаживаешь? — увидев стоящую на прикроватном столике плошку с водой, спросила старшая. — И как он? В себя не приходил?

В ее голосе послышалось жадное любопытство.

Я помотала головой.

— Что, даже глаз не открывал? — не отставала Салта.

Она подошла ближе, бесцеремонно отодвинула меня и уставилась на лорда Штефана таким взглядом, что мне снова захотелось его собой заслонить.

— Чего вылупилась? — повернулась ко мне Салта. — Говорю, и глаз не открывал? Выходит, Кранц правду говорил, что совсем худо милорду-то, — увидев на моем лице ответ, задумчиво сказала домоправительница.

И почему-то мне показалось, что ее это не сильно печалит.

— Дана Салта, вы бы вышли, — робко позвал от двери второй стражник, Урас. — А то, не ровен час, дан управляющий вернется.

— А и вернется, и что? Неужто я не могу узнать, как здоровье хозяина? — зыркнула на него Салта.

— Все равно, непорядок, — мямлил горе-охранник. — Никого пущать не велено. Шли бы вы, дана, пока не поздно.

— Ладно, ухожу, — фыркнула старшая. — У меня дел невпроворот, за всем следить нужно, прислуга распустилась, так и норовят под шумок работу бросить. И ты смотри, — погрозила она мне. — Хорошо за милордом ухаживай, старайся. Коли помрет он, так мы все тут без денег останемся.

В глазах ее мелькнуло что-то непонятное. Я не успела уловить, то ли это беспокойство было, то ли злорадство, то ли предвкушение.

— Видишь, иду уже, — усмехнулась старшая, протискиваясь мимо стражника. — И вовсе не обязательно было так причитать.

Парень что-то пробубнил в ответ, но я не расслышала — дверь закрылась, отрезая от меня и визгливый голос домоправительницы, и глухой басок стражника. Они еще какое-то время пререкались, а потом все стихло.

Я потерла занывшие виски. Интересно, зачем вообще нужна охрана, которая пропускает в комнату графа всех подряд? С таким же успехом можно было и вовсе никого не ставить. А что, если убийцы надумают вернуться и довершить свое черное дело? Разве смогу я с ними сладить?

Взгляд заметался по комнате в поисках чего-нибудь, что могло бы сойти для обороны. Не собиралась я просто так сидеть и ждать, пока арна прикончат.

А пальцы уже выписывали оберег защитный, тайный, что Паница велела только в самых крайних случаях употреблять, потому как слишком много силы он отбирал. Что ж, похоже, наступил он, этот самый случай — я нутром чуяла, что ночь нас тяжелая ждет. Враги графа не оставят его в покое, как пить дать. Слишком многим возвращение лорда Штефана поперек горла встало. Я ведь не слепая. Видела, как наместники на милорда смотрели, и судья Пиверень, и глава городской стражи. Да оно и понятно. Казнь бывшего управляющего всем им не по вкусу пришлась, как и ревизия, которую лорд Штефан устроил.

В голове теснились мысли. Интересно, удастся дану Кражичу доказательства найти? А если нет? Неужто убийцы безнаказанными останутся? А вдруг они попытаются повторить попытку? Ну как надумают в спальню графа пробраться? И что мне делать? Как защитить лорда Штефана?

Я осматривала комнату, пытаясь найти хоть что-нибудь, способное сойти за оружие. Шкаф, комод, сундук… Взгляд зацепился за тяжелый бронзовый подсвечник, стоящий на столе. Что ж, вполне подходящая вещица!

Прихватив его, села на кровать и положила подсвечник рядом с собой. На всякий случай. Как говорит Микош, береженого и Скарог бережет.

Время потянулось дальше. Свечи оплыли, потекли по канделябру восковыми слезами. За окном окончательно стемнело. С кровати доносилось тихое дыхание арна. Лорд Штефан лежал неподвижно, даже не шелохнулся ни разу, только грудь его равномерно поднималась и опускалась.