– Это его бабушка, – сказала женщина. – Кристина говорила мне, что идет к вам и возьмет с собой Джоя.

– А-а, его бабушка. Ну, конечно, она сейчас здесь.

Миссис Скавелло в данный момент находится в кабинете мистера Гаррисона. Она не может подойти к телефону, но я, разумеется…

– По правде сказать, я хотела поговорить с Джоем. Он тоже у мистера Гаррисона?

– Нет, он здесь, рядом со мной.

– Вы позволите мне сказать ему пару слов? Если это не доставит вам беспокойства.

– Что вы, совсем нет…

– Я не займу вашу линию надолго.

– Конечно. Одну минуту. – Шерри отняла трубку от уха и позвала мальчика:

– Джой? Это тебя. Твоя бабушка.

– Бабушка? – На его лице отразилось изумление.

Он подошел к стойке. Шерри передала ему трубку, он сказал «алло», но больше не проронил ни слова. В оцепенении, он с такой силой сжимал в своей крохотной ладошке трубку, что костяшки пальцев, казалось, вот-вот прорвут кожицу. Он стоял и слушал с широко открытыми глазами. Кровь отлила от лица. Он готов был расплакаться. Наконец, задыхаясь и дрожа, бросил трубку.

Потрясенная, Шерри буквально подпрыгнула на своем месте:

– Джой? Что произошло?

У него дрожали губы.

– Джой?

– Это была.., она-а.

– Бабушка?

– Нет, в-ведьма-а.

– Ведьма?

– Она сказала.., она.., в-вырвет м-мне сердце.

Чарли отправил Кристину с Джоем в кабинет, а сам, закрыв за ними дверь, остался в холле, чтобы побеседовать с Шерри.

Она была совершенно растеряна.

– Мне не следовало разрешать говорить ей с Джоем.

У меня и в мыслях не было…

– Вы здесь ни при чем, – сказал Генри Рэнкин.

– Разумеется, это не ваша вина, – подтвердил Чарли.

– Что это за женщина…

– Это-то мы и постараемся выяснить, – сказал Чарли. – Я попрошу вас вспомнить этот разговор и ответить на несколько вопросов.

– Мне особенно и нечего вспомнить, разговор был коротким.

– Она представилась его бабушкой?

– Да.

– Она сказала, что она миссис Скавелло?

– Как будто, нет. Она не назвала своего имени. Но она знала, что он находится здесь, вместе с матерью, и мне и в голову не могло прийти… Я хочу сказать.., что она в самом деле была похожа на бабушку.., судя по голосу.

– Поточнее, какой у нее голос? – спросил Генри.

– О боже, право, не знаю.., очень любезный, – ответила Шерри.

– Она говорила с акцентом? – спросил Чарли.

– Нет.

– Будь у нее даже ярко выраженный акцент, что бы это нам дало? – спросил Генри. – Практически каждый говорит с тем или иным акцентом, хотя бы слабым.

– Даже если у нее и был акцент, я этого, во всяком случае, не заметила, – сказала Шерри.

– Вы слышали в трубке какие-нибудь посторонние звуки? – гюинтересовался Чарли.

– То есть?

– Шум, что-то в этом роде?

– Нет, ничего такого.

– Предположим, она звонила из платного автомата, с улицы. Мог быть слышен шум машин, еще что-то.

– Ничего похожего я не слышала.

– Никаких посторонних звуков, по которым можно было бы установить, откуда примерно она звонила?

– Ничего, кроме ее голоса, – сказала Шерри. – Такой приятный голос.

Глава 12

После сеанса галлюцинирования Мать Грейс отпустила всех апостолов за исключением Кайла Барлоу и Эдны Ванофф. Потом прямо из церковного подвала она позвонила в детективное агентство, куда отправилась Кристина Скавелло с Джоем, и имела разговор с мальчиком. Кайл не был уверен, что это стоило делать, но Мать Грейс ощущала удовлетворение.

– Просто убить его еще недостаточно, – сказала она. – Мы должны запугать его, лишить его воли. От мальчишки страх и отчаяние передадутся самому сатане. Мы дадим наконец понять дьяволу, что господь бог наш никогда не позволит ему править на земле свой бал, и тогда он окончательно откажется от своих коварных замыслов и блестящих надежд.

Кайлу было приятно слушать, когда она так говорила.

Внимая словам Матери Грейс, он чувствовал, что стоит у истоков важнейших событий мировой истории. До дрожи в коленях Кайл был переполнен смирением и благоговением.

Грейс повела Кайла и Эдну в дальний конец подвала, где в обитой деревянной панелью стене скрывалась потайная дверь. За ней находилась комната площадью метров сорок пять, вся заполненная оружием.

Еще на заре ее деятельности как Мессии Матери Грейс было озарение: она получила предупреждение – когда наступят Сумерки, ей следует быть готовой защищать себя не только при помощи молитвы. Она очень серьезно и буквально отнеслась к видению. Это был не единственный арсенал ее церкви.

Кайл уже неоднократно бывал здесь прежде. Ему нравились прохлада и легкий запах ружейного масла. Однако наибольшее удовлетворение доставляло сознание того, что на этих полках тихо дожидается своего часа страшное оружие разрушения, словно злой джинн в бутылке, и требуется только рука, которая открыла бы пробку.

Кайл был неравнодушен к оружию, он любил держать его в огромных ладонях, чувствуя заключенную в нем силу. Точно так слепой постигает смысл, проводя пальцем по линиям Брэйля.