Читаем Слуга Смерти полностью

— Я охочусь за истиной. Когда след оказывается ложным, проще забыть про него, чем упираться лишь из упрямства.

— Ложный след… ложный… — Кречмер покивал, но что-то в его голосе подсказало мне, что впечатление вновь обманчиво, и хитрый жандарм вовсе не поглощен собственными мыслями, а напротив, присматривается ко мне с величайшим и совершенно непонятным вниманием. — А то, что экономка фрау Блюмме была убита через два дня, вас не смущает? Или же это ложный, как вы выразились, след? Что ее голова обратилась в черепки — как и у двоих до нее — что это? Ложный след?

Кречмер с отвращением посмотрел на папиросу в собственной руке и спрятал ее обратно в портсигар.

— Не знаю, — ответил я, помедлив. — Но как я уже сказал, мне пришлось отбросить теорию об одном убийце.

— Спасибо, слышал.

— Я полагаю… Да, у меня есть версия о том, что дело не столь сложно, как мне виделось поначалу, хотя это не делает его более удобным. Видите ли, я начинаю считать, что среди преступников нашего города начинают разноситься сведения о наших методах работы. Я про тоттмейстеров, конечно.

— Поясните.

— Кто-то, наконец, сообразил, что, уничтожая мозг, он лишает тоттмейстеров возможности открыть память жертвы. Он стирает следы, которые зачастую ведут к его поимке, поскольку почти всегда человек перед смертью успевает разглядеть убийцу. Это прогресс, господин Кречмер, хотя и неприятный для нас. Наши враги тоже учатся, и учатся куда быстрее, чем я опасался прежде.

— Значит, все три, — Кречмер зачем-то выставил три пальца, — не имеют отношения друг к другу?

— Я так думаю. Правда, в последнем случае, когда убили экономку Блюмме, дело и в самом деле выглядит странно.

— Еще более странно, чем то, что вы взяли на себя опеку над единственным выжившим человеком из дома Блюмме? Простите, не обращайте внимания. Я слушаю вас.

— Смерть экономки действительно может быть каким-то образом связана со смертью Марты Блюмме. Потому что в такие совпадения я верить не привык. Быть может, убийца в первый раз планировал убить именно экономку, но ее как раз не случилось дома, и его жертвой стала хозяйка дома… В этом городе слишком много убийц, чтобы я мог говорить с уверенностью. Или же… Постойте, вот вам и версия. Например, убийца полагал, что вдова Блюмме имеет некоторое состояние, которое хранит в доме. Выждав момент, когда кроме нее никого не будет, он проник в дом и убил ее, однако не нашел денег. Что-то заставляло его предполагать, что деньги в доме все же есть, поэтому нет ничего необычного в том, что он попытался выжать правду из экономки, которой могли быть известны хозяйские тайники. Узнав или не узнав то, что ему надо, он убивает жертву проверенным методом…

— Хорошая теория, — с чувством сказал Кречмер. — У вас ловкий ум, Курт. Ловкий и изворотливый.

Последнее слово мне не понравилось.

— Позвольте! — сказал я, постаравшись чтобы возмущения в голосе было не больше, чем необходимо.

Но Кречмер не позволил. Голос его обнаружил еще одно свойство, мной почти забытое — быть звенящим, как рассыпающаяся в воздухе картечь.

— Вчерашним вечером вы просите у меня адрес экономки Блюмме. Я вам не отказываю, хотя и Бог знает, почему. Сегодняшним утром ее находят. Находят без головы. Совпадение! Досадное, нелепое совпадение! Тайник с деньгами!..

— Однако…

— Такое же совпадение, как ваше аккуратное появление рядом с каждым из мертвецов! Убивают Марту Блюмме — вы освидетельствуете ее тело. Убивают того безымянного из переулка — вы уже там! Действительно, отчего бы не случиться еще одному совпадению?

— Однако вы переходите границу, — процедил я, совершенно сбитый с толку внезапным порывом. — Не моя воля была в том, что дважды я оказывался на месте убийства! И если уж вы хотите записать меня в соучастники, вам придется записать и себя самого, ведь вызов на осмотр Марты Блюмме я получил от вас, если не ошибаюсь?

— А второй вызов — от Виктора фон Хаккля, знаю, — сказал Кречмер, несколько остывая, — я проверял. Вы и в самом деле кажетесь случайной фигурой, да только случайные фигуры не прыгают по доске, как специально оказываясь во всех ключевых точках одновременно!

— Совпадения — странная штука. Я и сам не раз задумывался о том, почему именно мне было суждено наткнуться на первых двух мертвецов.

— Совпадения закончились. Если в первых двух случаях вы и в самом деле оказывались рядом не по своей воле, со смертью экономки история другая.

— Вы о том, что ее убили после того, как я узнал адрес? Какой вздор!

— Конечно, — он вздохнул, точно вспышка ярости лишила его сил. — Сущий вздор. Разумеется, я никому не сообщал о том, что рассказал вам адрес. В конце концов, я не имел на это права. Нет, дорогой Курт, история с экономкой куда интереснее.

Антон потянулся к карману, и я подумал, что он опять вытащит портсигар, однако из серого сукна появилось что-то другое. Куда более маленькое, похожее в его тонких пальцах на причудливую ягоду.

— Прошу, — сказал Кречмер, кладя странный предмет на стол. Изданный при этом звук походил на лязг. — Оцените?