- Есть предложение решить все миром, - раз уж мне досталась возможность играть главную роль, играть ее надо до конца. - Смертей сегодня было уже достаточно. Мое предложение простое: мы получаем назад наше оружие, вы получаете свободу. Думаю, для вас это лучшее решение. Сохраните жизнь и репутацию.

Снаружи послышался шорох множества шин. Я догадывался, что такой человек, как Константин Романов не ходит без маячка или другого следящего устройства. Потому-то и не было погони за нами - зачем гнаться за теми, кого можно найти в любое другое время? Прилично подготовившись, к тому же.

- Во всех других случаях, если мы гибнем, если винтовка не переходит к ее истинному владельцу и при прочих негативных для нас раскладах, - стараясь держаться невозмутимым, продолжал я, - ваше падение гарантировано. Вы не успеете использовать оружие в своих интересах.

- Кажется, я недооценил тебя, - мрачно ухмыльнулся Романов. - Освободите меня. Мне нужно сделать пару звонков.

Снаружи громко хлопали двери автомобилей и десятки ноги неслись к нам. Мое воображение уже рисовало полицейский спецназ в полном обмундировании, с дробовиками и таранами. Дверь показалась мне очень уж хлипкой, а заблокировать ее было нечем - от протекшей крыши вся оставшаяся в домике мебель была непригодна к любому использования.

- Передай своим ребятам, что все нормально. Отбой. Мне не потребуется ваша помощь, - негромко говорил Романов.

Мое воображение тем временем переместилось со стражей порядка на личную охрану промышленника. Такой спецотряд дал бы прикурить и десантникам. Правда, лишь в моем воображении. Кажется, в этот раз мои нервы хоть и не сбоили, но заставляли попотеть всего лишь от мыслей.

Шаги снаружи затихли, я услышал тихий разговор, но разобрать, о чем идет речь, не удалось. Голоса замолкли и те, кто только что планировал осаждаться небольшой заброшенный домик неподалеку от оживленной трассы, шустро отошли назад. Когда гул двигателей тоже затих, Романов набрал еще один номер.

- Дмитрий, - обратился он к неизвестному абоненту, - ты знаешь, где меня найти. Возьми его и приезжай. Один.

Я еле слышно вздохнул. Сработало. Страшно представить, что могли бы сделать с нами люди Романова, если бы не маленькая хитрость с записью.

- Я умею проигрывать, - пленник развел руками, а потом помассировал кисти, до того пережатые веревкой. - Но у меня есть одно встречное условие: запись должна быть уничтожена.

- Это уже не в моей власти, - я покачал головой. - Есть много неупомянутых мной вещей, которые принадлежали нам. Есть ущерб, нанесенный нашему имуществу. Все это надо как-то возмещать. Возможно, эти вопросы лучше оставить на потом, когда все уляжется.

Романов сперва хмыкнул, а потом, не сдерживая себя, расхохотался в полный голос, словно сумасшедший. Он успокоился только через минуту, когда, вытирая слезы, проступившие на его лице от смеха, произнес:

- Меня обвели вокруг пальца какие-то сопляки… А теперь еще и… - его накрыло очередной волной истерического смеха.

- Наверно, он подсчитал, сколько нам должен? - предположил Владимир, отойдя от него подальше.

Я не знаю, что он считал. Может быть, он просто был в отчаянии, как и мы этим утром, а теперь лишь дал волю эмоциям. Но я точно знал, что мы победили - до нашего обмена оставались считанные минуты.

Глава 29. Домой

Мне казалось, что самое сложное уже позади. Да и как думать иначе, когда благополучно прошли переговоры с полковником Королевым, когда Романов отозвал назад всех своих бойцов, а нам оставалось только ждать приезда таинственного Дмитрия, который привезет нам винтовку. Сидели молча. Разговаривать при потенциальном противнике было неудобно. Хотя, о чем я? Он был вполне себе реальным противником и только запрет сверху мешал каждому из нас пусть ему пулю в голову. И да, то что он не был вооружен - тоже очень сильно мешало спустить курок.

По моим прикидкам нужно было всего полчаса, чтобы добраться от места хранения оружия, новоприобретенного здания, до этой богом забытой деревеньки. У меня порой возникало ощущение, что даже на базе знают о нашем ожидании и не хотят нас лишний раз отвлекать. Кирилл, который иногда бывал очень не к месту, тоже помалкивал. И все же я был спокоен.

Владимир прохаживался по комнате, временами бросая косые взгляды на Романова - тот был по-прежнему привязан к стулу. Дотянуться до узлов на ногах было невозможно, но внимательность с таким человеком была не лишней. Лена тоже казалась странно замкнутой. Она перебирала содержимое сумок, которыми мы так и не воспользовались. Что ж, лучше взять с собой лишний ствол, чем остаться безоружным перед лицом противника, разве нет?

Снаружи окончательно стемнело. Похоже, что мой режим сна бесповоротно сбит. Про все остальное и думать не хотелось. Пожалуй, такие минусы работы оперативника были самыми серьезными после риска мучительной смерти. Но, несмотря на все произошедшее, мои мысли все равно возвращались к персоне Константина Романова.