Читаем Слово к мудрым полностью

Такие умы не так-то просто ввести в заблуждение неглубокими доктринами. Ордена, восхищавшие этих умнейших людей, действительно должны были быть достойными восхищения во всех отношениях. Большинство современных мистических обществ являются орденами поиска, а не достижения, и в их основе лежат мнения и толкования отдельных лиц, а не совокупность накопленных знаний. Возникают сотни маленьких сект, которые собирают вокруг себя небольшие группы убеждённых приверженцев. Вскоре начинаются раздоры и интриги, эти секты рушатся под собственной тяжестью, и больше о них никто не слышит. Старые опытные «активисты» современных мистических течений в большинстве своём составляют компанию разочарованных.

(в) Институты, подобные мистериальным традициям древнего мира, не могут преуспевать при общественном строе, по существу полностью противоречащем их принципам. Государственные мистерии более древних наций разделяли дух своего времени. Люди, считавшие мудрость главной добродетелью и не помешанные до омерзения на экономике, уважали свои центры знания и оказывали большую моральную поддержку этим ценимым превыше всего институтам. Современные оккультные движения, набирающие членов в пропитанном меркантилизмом материалистическом и, в основном, эгоистическом обществе, неминуемо развращаются и, в итоге, разрушаются под влиянием характерных склонностей своих же членов. Человек может привнести в систему мышления только то, что он собой представляет, и когда множество эгоистов собираются вместе ради поддержки бескорыстного начинания, обычно общий удел таков: это бескорыстное дело постепенно прекращает существование, утонув в море эгоизма. Когда в этом современном мире двое или более человек собираются вместе, то при этом почти наверняка будут присутствовать личные интересы. Личные интересы пагубны для общего блага, и политике нет места в обители истины.

Следовательно, на пути организованного мистицизма в современном мире полным-полно всевозможных помех и неприятностей, и людям, связывающим себя с современными обществами, их членство доставляет скорее раздражение, чем озарение.

Теперь займёмся рассмотрением оккультных движений, пометив их под двумя общими рубриками, которые мы озаглавили очень просто: «искренние» и «лицемерные». Эта частная проблема не имеет никакого отношения к древности движения или его предполагаемым связям с более старыми организациями. Просто встаёт вопрос: является ли движение честным или бесчестным? Наше исследование, безусловно, не предусматривает ссылку на конкретные организации или перечисление имён тех, кого мы считаем честными или нечестными людьми. Мы должны заниматься только принципами, и нас не должен приводить в замешательство гораздо менее важный вопрос, касающийся личностей.

Будем считать серьёзными те движения, которые видят истинную причину своего существования в усовершенствовании человека, а несерьёзными и не вызывающими ничего кроме презрения те, что целиком и полностью заняты получением прибыли и используют в своекорыстных целях духовные устремления искренних мужчин и женщин.

Из этого отнюдь не следует, что серьёзная организация может полностью отрешиться от своих финансовых проблем. Так как философские движения не имеют государственной поддержки, им приходится существовать на средства, обеспечиваемые разумным сотрудничеством их членов. Чтобы заслужить доверие, философская организация должна продемонстрировать способность распоряжаться своими финансами честно и конструктивно. С другой стороны, почти все религиозные и философские институты западного мира зарегистрированы как некоммерческие корпорации. Их необходимо поддерживать, и им приходится требовать разумной материальной помощи, но как только они ради выгоды идут на обман и начинают действовать в корыстных целях, они лишаются уважения и поддержки всех искренних искателей истины.