Читаем Сломленные Фейри полностью

Я повторила это движение, обводя татуировку, которую сделала ему, своим пальцем, прежде чем мягко улыбнуться и уйти, давая ему время, о котором он просил.

Его болезненный хрип сказал мне, что он почувствовал, как больно мне было это сделать, но я знала, что ему нужно, чтобы я сделала то, о чем он просил.

Райдер Драконис был не тем человеком, которому можно указывать, что делать. Но если он решит вернуться ко мне, я больше никогда не позволю ему оставить меня.

Перевод группы

https://t.me/anonymousbookclub

15. Гарет

Семь месяцев до метеоритного дождя Солярид…

Два месяца в этом гребаном культе, и я уже начал сходить с ума. Я думал, что это будут простые, легкие деньги, чтобы оплатить долг Эллы, но я даже не мог представить, какие цепи это место наложит на мою душу.

В конце концов, мне не потребовалось много усилий, чтобы получить приглашение присоединиться к ним. Лоренцо привел меня на встречу с некоторыми из своих новых друзей, и хотя они многого не сказали, они определенно проявили интерес ко мне с момента моего прибытия.

В течение двух недель я получил приглашение на инициацию, и с того момента моя жизнь начала катиться под откос.

Карточный Мастер, Король, кто, черт возьми, вообще знает, как его зовут на самом деле, ведь он так хорошо скрывал свое лицо, но он быстро вцепился в меня своими когтями. Я не знаю, что за магию он использовал, но я мгновенно обнаружил, что не могу говорить о ритуале, которому подвергся, когда был с кем-то вне культа. Затем, постепенно, мне стало все труднее и труднее вызывать энтузиазм к тому, что меня всегда волновало.

Я больше не смотрел матчи по Питболу, и мои результаты на поле ухудшались. Я не ходил на вечеринки и не общался с Леоном, хотя в каком-то уголке сознания я знал, что мне все еще хочется этого. Но когда я пыталась сделать хоть что-то из этого, я внезапно испытывал невероятную усталость. Я не мог заниматься, как должен был, и мои мысли возвращались к Черной Карте. Я хотел проводить время среди других членов, участвовать во всем, чем они занимались, с яростным голодом, который временами казался мне чужим, словно кто-то другой нашептывал мне эти мысли на ухо, но я не мог с ними не согласиться.

Единственное, что не было украдено у меня, — мое желание защитить сестру и моя любовь к ней. Я все еще хотел сбежать из этого места. Но с каждым днем я все больше боялся, как я смогу это сделать, если мой разум так привязан к Черной Карте.

Мне приходилось предполагать, что это темная магия, но от этого становилось еще страшнее, потому что я никак не мог с ней бороться.