Читаем Сломленные Фейри полностью

— Я… — я колебалась, боясь сказать это вслух, вдруг это не то, что он хотел услышать, и быстро поменяла направление, чтобы заставить его дать мне ответ первым. — Как ты к ним относишься?

— Данте для меня как брат, — мгновенно ответил он. — Даже больше, чем брат, если быть до конца честным. Я люблю его. Мне нравится видеть его счастливым. Я хочу проводить время с ним и с вами обоими вместе как можно чаще. И, к счастью, он мне не брат, поэтому мысль о том, что он будет делить тебя со мной, меня не пугает. Когда мы втроем вместе, это кажется правильным. Как… так же, как мои папа и мамы. А может быть, это просто потому, что быть частью Прайда — нормально для меня, поэтому я могу видеть все возможности, которые может предложить такая любовь, не только между тобой и ним, но и между мной и ним. Мои мамы любят друг друга, даже если это не носит сексуального характера, и их отношения друг с другом только улучшают их жизнь. Думаю, я вижу это и в случае с Данте.

— А Райдер? — нерешительно спросила я.

Леон фыркнул от смеха. — Мне нравится выводить его из зоны комфорта. И я думаю, что я ему действительно нравлюсь, несмотря на то, что он явно не хочет этого. Мне он тоже нравится, в основном потому, что я знаю, что он делает тебя счастливой. Но я также нахожу его забавным — не то чтобы я думал, что это намеренно. Я не могу сказать, смогу ли я когда-нибудь полюбить его, потому что я не знаю его по-настоящему, но я вижу, что то, что есть у вас двоих, настоящее, поэтому я хочу иметь что-то настоящее и с ним. С другой стороны, Габриэль — задница.

Я разразилась смехом, а Леон широко улыбнулся. — Он тебе не нравится?

— Там не так уж много того, что может нравиться, — сказал он, пожав плечами. — Но и неприязни тоже не много. Он такой замкнутый. Но мне жаль парня. Я думаю, он одинок. Я думаю, ему нужен Прайд больше, чем любому из нас. И я не думаю, что он совсем потерян. Я хочу любить его ради тебя, но я хочу любить его и ради него самого. Я не думаю, что у него много друзей, может быть, вообще нет. Это дерьмо должно быть отстойным.

Мое сердце заколотилось от его слов. От того, что он думал об этом достаточно, чтобы предложить их мне с такой убежденностью.

— Дело в том, что если бы ты была Львом, ты была бы королем, маленький монстр. А это значит, что я — первая Львица в твоем Прайде.

— Но я не Лев, и другие парни тоже, — заметила я. — Ни один из их Орденов не является полиаморным. Черт, Вампиры тоже такими не являются. Это ненормально. У меня есть Элизианская Пара. Конечно, я не должна…

— Кому какое дело до «не должна»? Если это делает нас счастливыми, значит, так и должно быть. Кроме того, ты наполовину Пегас, у них есть стадо, они не всегда спариваются с одним фейри. А Данте родился от Волков, они полиаморны, по крайней мере, половину времени. Кто хрен знает, чем занимаются Василиски, а Гейб так тебя любит, что в конце концов уступит, что бы там ни было. Мы всегда можем построить ему гнездо на крыше нашего особняка, чтобы он там ворчал, когда захочет побыть один.

— И это твое решение, гнездо для ворчунов? — я застонала, плюхнувшись на кровать, и он обхватил меня рукой, прижимая к своей груди.

— Да, ты сможешь взъерошить его перья там, когда у него будет упадок Зрения или что-то в этом роде, и после этого он снова станет спокойным. Я бы сказал, что у нас будет больше проблем с тем, как перевезти Данте и Райдера, чтобы их банды не пришли и не убили нас всех, — серьезно ответил он, как будто действительно рассматривал этот вариант, и я снова застонала от нелепости этой мысли.

— В моей голове все кажется таким простым, — вздохнула я. — Я хочу всех вас, вы все хотите меня. Легко. Но в реальности… ну, реальность — та еще сука.

— Давай просто сосредоточимся на том, чтобы все записались в Прайд, прежде чем беспокоиться обо всем этом, хорошо? Все, что мне нужно от тебя услышать, это то, что ты хочешь их и меня. Всех. Потому что это то, что я чувствую, и где-то среди туманных вариантов будущего, которые могут быть нам доступны, я хочу верить, что есть проблеск надежды, что, возможно, мы сможем найти способ, чтобы это сработало. Так что скажешь, маленький монстр? Ты хочешь принять участие в этом вместе со всеми нами.

— Да, — ответила я на одном дыхании, слеза скатилась с уголка моего глаза и покатилась вниз, чтобы расплескаться по его груди, прежде чем я поняла, что плачу. — Я хочу быть со всеми вами.

Леон молча вытер мою слезу, не требуя от меня объяснения причины. Потому что, как бы я ни любила его, мое сердце последние два месяца разрывалось на части и по другим моим Королям. И больше всего на свете я хотела иметь возможность исправить это.

— Тогда мы в деле. Просто предоставь это мне, — он повернулся, чтобы прижаться поцелуем к моим губам, и я прильнула к нему на несколько долгих мгновений, жар разгорался в моей плоти от простого контакта, прежде чем я заставила себя отстраниться.

— Я все еще злюсь из-за Минди, — надулась я, потому что использовать их против меня не было в порядке вещей, и я не собиралась спускать его с крючка из-за этого.