Читаем Сломленные Фейри полностью

Когда я спустилась по лестнице, Габриэль уже ждал меня у подножия лестницы, сложив руки на широкой груди, прислонившись спиной к стене у окна Райдера.

— Он идет? — спросила я.

— Ты действительно думаешь, что он откажется от всего, о чем ты его попросишь? — спросил в ответ Габриэль, и я пожала плечами.

Райдер не раз доказывал, что я могу на него положиться, но я не была настолько глупа, чтобы думать, что он находится под моим контролем. Нет, Лунный Король всегда делал только то, что его устраивало. Мне просто повезло, что в эти дни мне удавалось угождать чаще ему, чем наоборот.

— Как обстоят дела с уровнем твоей силы? — спросила я его не слишком деликатно, когда мы начали идти к Плачущему Колодцу.

У меня чесались пальцы от желания начать колдовать, но силы было меньше, чем хотелось бы для встречи с тем сумасшедшим Вампиром под колодцем.

— У меня почти половина, но солнце скоро взойдет, так что если ты хочешь пополнить запасы до восхода, я могу пойти полетать и пополнить запасы, прежде чем мы спустимся в темноту, — предложил Габриэль, взяв мою руку в свою и переплетя наши пальцы.

Я медленно выдохнула, крепко сжав его руку. — Значит ли это, что ты теперь тоже мой Источник? — поддразнила я.

— У меня такое чувство, что я теперь твое все, — ответил он. — Даже если звезды выбрали для тебя кого-то другого.

Я потянула его за руку, чтобы он перестал идти, и повернулась, чтобы посмотреть на него. — Звезды могли связать меня с Леоном, но это не значит, что я вижу тебя менее важным, чем его. Это не значит, что я хочу тебя меньше или люблю меньше.

Габриэль окинул меня взглядом, и я поняла, что он о чем-то задумался, хотя и не сказал об этом.

— Что случилось? — спросила я, подходя ближе, чтобы его богатый аромат земли и кедра окутал меня, и он обхватил меня руками.

Он был таким высоким, что мне приходилось откидывать голову назад, когда он стоял надо мной, но мне нравилось чувствовать себя окутанной его тенью.

Я скользнула руками по его груди, пока они не оказались за его шеей, и он вздохнул, прежде чем рассказать мне, что его беспокоит.

— Когда у меня было первое видение о тебе с серебряными кольцами в глазах, я видел тебя в своих объятиях, прикасающуюся ко мне, целующую меня, наполняющую мое сердце радостью, когда я смотрел на тебя с большей любовью, чем я мог себе представить в то время. И теперь это видение сбылось. Именно эта сцена разыгралась на Рождество в той проклятой хижине, куда нас затащил Леон. Я просто не понимал, когда впервые увидел видение, что если бы я оглянулся, то увидел бы еще трех придурков в комнате с нами.

— Ну, я не думаю, что кто-то из нас мог это предугадать, — поддразнила я. — Так что, возможно, даже звезды не были уверены в этом.

Он улыбнулся, медленно проводя руками по моему позвоночнику, заставляя мою кожу дрожать от его прикосновений.

— Но я также видел, что мои глаза окольцованы серебром, — тихо сказал он. — А у людей не бывает больше одной Элизианской Пары, так что это значит…

Я вздрогнула от одного только предположения об этом, качая головой в яростном отрицании. — Нет. Ни за что, черт возьми, — сказала я. — Я ни за что на свете не соглашусь с тем, что какой-то другой суке суждено забрать тебя у меня. Кроме того, ты должен действительно столкнуться со своей Элизианской Парой, чтобы быть призванными под звезды вместе с ней, так что я могу просто запереть тебя где-нибудь и никогда больше не позволять тебе встречаться с другой девушкой, если ты увидишь, что пересекаешься с ней.

— Ты собираешься запереть меня, чтобы сохранить? — спросил Габриэль, ухмылка дернулась в уголках его губ, как будто он совсем не возражал против этого.

— Да, я бы так и сделала, — согласилась я, приподнявшись на цыпочки, чтобы запустить пальцы в черные волосы на его шее. — Я бы посадила тебя на цепь в своем подвале и спускалась, чтобы укусить тебя в темноте.

— Почему быть запертым в твоей темнице звучит так заманчиво? — пробормотал он, его улыбка расширилась.

Мне это понравилось. Очень понравилось. Габриэль улыбался недостаточно. Ни на половину. И я хотела дать ему все причины улыбаться как можно чаще.

— О, это было бы горячо, — пообещала я ему. — Хотя я должна задаться вопросом, действительно ли у тебя получится играть в пленницу. Ты слишком властен в постели, чтобы я поверила, что ты будешь так хорошо играть.

— Я еще не имел тебя в постели, так как ты можешь быть в этом уверена? — поддразнил он.

— Ну, может быть, если бы ты не настаивал на том, чтобы все время спать в гнезде, как стервятник, ты мог бы приходить и забираться ко мне в постель по ночам? — предложила я.

— Вместе с твоим партнером? — спросил он, выглядя не слишком восхищенным этой идеей.

— Ну, в последнее время ты, кажется, не так уж и против того, чтобы делиться мною, — заметила я. — И я никогда не буду жаловаться на то, чтобы оказаться между вами двумя.

— Ты абсолютно ненасытна, — поддразнил он, наклоняясь вперед, чтобы провести своими губами по моим.

— Я не знаю насчет этого. Вы вчетвером определенно смогли измотать меня на Рождество.