Читаем Слёзы Лимба (СИ) полностью

Носом он втянул что есть силы благовоние его тела и старался вбирать в себя каждый запах, исходящий от кожи Эрвана, в лучах восходящего солнца приобретшей нежно-кремовый оттенок. Кончиком указательного пальца он водил по шее юноши, изредка соскальзывая к плечу, неотрывно наблюдая за тем, как тот пребывает во владениях Морфея. Губы Джорджа так и грезили прикоснуться к спящему юноше, отчего их хозяин с трудом мог смирять собственные желания, так как не хотел прерывать спокойный грезы Эрвана.

Кровать была слишком миниатюрна для них обоих, но, прильнув друг к другу ночью, они смогли погрузиться в безмятежный сон, с трудом оборвав свои поцелуи, которые могли бы затянуться до самого рассвета, но усталость и наличие большого количества спиртных напитков в организме охладили их кипевшую страсть. Джордж впервые обнимал кого-то ночью, осязая тепло чужого тела, это было непередаваемое ощущение, он даже не осмеливался пошевелиться, полагая, что лишнее движение может разрушить эту хрупкую реальность, в которую Джордж все еще с трудом верил. Но если все это произошло на самом деле, то парень ни о чем не жалел, наоборот, был безумно рад случившемуся, хотя считал это неправильным и запретным. И едва он почувствовал сладость губ Эрвана этой ночью, то сразу же поставил запретный крест на праведные мысли. Джордж отдался чувству, сердцу, полностью отключил сознание. Впервые его тело было ему неподвластно, двигалось в собственном направлении. И юноша не смел этому препятствовать. Наоборот, делал все возможное, чтобы разум полностью растворился в тумане, а вместо него возник эрос, ярким вихрем разносящийся по организму.

Эрван тихо что-то простонал, ощутив на длинных ресницах легкое касание лучей рыжеватого солнца и, сильно щурясь, приоткрыл глаза, пытаясь осознать реальность, которая показалось ему неисследованной. Прогнав остатки сновидения, он повернул свою голову в сторону Джорджа и встретился с его влюбленным взглядом, полным красочных эмоций.

— И долго ты наблюдаешь за мной? — усмехнулся он и, повернувшись, уткнулся ледяным кончиком носа в гладкую без единого волоска грудь Джорджа, снова закрыв свои все еще сонные глаза. — Неужели эта ночь закончилась? Я даже не успел опробовать ее на вкус.

— Сегодня воскресенье. Нас отпустили на выходной вчера. Так что отсыпайся. Сегодняшний день в полном твоем распоряжении.

— Звучит пугающе.

— Почему?

— Боюсь, что ты сегодня меня съешь, что практически сделал ночью. У меня уже вся шея болит от поставленных тобой засосов. Сегодня просто не прикасайся к ней. Дай мне прийти в себя. А то с такими темпами я буду весь синий.

— Попробую воздержаться. Но тебе все равно придется провести этот день без меня. Я обещал навестить сегодня одного своего знакомого. Мы договорились встретиться днем.

— Уже нашел мне замену? — изобразил недовольство тот, но через пару секунд засмеялся и лег на спину, уставив свой взгляд на изъеденный древесными червями потолок, шум которых можно было услышать ночью, если хорошенько прислушаться.

— Нет. Это старый друг моей семьи, — Джордж, подперев голову рукой, продолжил любоваться чертами лица Эрвана, понимая, что никого красивее из мужчин он раньше не видел. Возможно, это из-за влюбленности, возникшей у него внезапно, но такое представление об идеальной красоте теперь твердо засело в голове, и этим идеалом стал Эрван. Но тут же после непривычных странных помыслов явился образ той девушки, которую он видел из окна своей обувной мастерской, где работал еще до начала затяжной войны. И Джордж понял, что Эрван и та самая Татьяна вместе олицетворяли для него мужскую и женскую красоту. Да, эти суждения сразу же показались ему забавными, но он им верил и не желал менять. Не видел в этом смысла.

— Ты когда-нибудь влюблялся в девушку, которую видел только несколько раз и даже не осмеливался с ней заговорить? — неожиданного для самого себя Джордж задал этот вопрос Эрвану, хотя понимал, что спрашивал даже не его, а самого себя.

— Не могу ответить точно. Я встречал много красивых женщин, но ни одна не вызывала во мне чувств. Я любил девушку только один раз, но, к сожалению, ее больше нет рядом. Знаешь, я всегда спрашивал себя. А что такое любовь? Все о ней говорят, но никто не способен толком объяснить, что это такое. Мне порой казалось, что я не испытывал ее. Даже когда встречался с Кэтрин… Не до конца верил, что любил ее. Это больше напоминало страсть… Но когда она ушла, осознал, что это была не только страсть, но и любовь. Мне хотелось, чтобы Кэтрин была рядом. Мечтал говорить с ней, просто так, без повода. Но понял это слишком поздно. Над моей головой разрывались снаряды, а она умирала, даже не зная, где я тогда находился. Но сейчас это не так важно? Да?